Министр промышленности и торговли Омской области Андрей Посаженников пришел в редакцию «Омск-информа», чтобы рассказать обо всех направлениях, которыми занимается ведомство.

В «деловом» блоке обсудили большие цели региона: развитие «нефтянки», перенос производства «Ангары» в Омск, перспективу выпуска гражданских самолетов для местных линий и создания центра беспилотников.

В «неформальной» части беседы поговорили о премиум-посуде, заводе огромных шин от крупного холдинга и чалдонских калачах. Министр пояснил, почему Омск был и остается воротами в Азию и из Азии.

Три кита региональной промышленности

– Андрей Васильевич, в России и за границей Омская область известна как регион с мощной нефтехимической промышленностью. На фоне многих других отраслей эта сфера в постсоветский период не только не стагнировала, а, наоборот, очень динамично развивалась. Произошло это во многом благодаря тому, что региональные власти считали нефтехимию приоритетным направлением. Но вот случилась война на Ближнем Востоке, и энергетический сектор везде стало сильно лихорадить. Как отразилось изменение ситуации в мире на омской «нефтянке»? Рассматривают ли региональные власти альтернативные драйверы экономики?

– На самом деле экономика Омской области все последние годы базировалась не на одном, а как минимум на трех китах: нефтехимии, машиностроении и развитом сельском хозяйстве. Эта тенденция сохраняется и сегодня. Что касается компаний нефтехимической отрасли, расположенных на территории региона, – они стабильно работают и востребованность их продукции только растет. В нефтехимический кластер входит порядка 50 омских предприятий, на которых трудится более 20 тыс. человек.

Они производят гигантский объем товаров, и сегодня порядка 70 % всего того, что производится в регионе - продукция нефтехимической отрасли.

Если рассматривать это в масштабах страны, то сегодня каждая десятая тонна нефтепродуктов – омская, каждая десятая шина – омская, каждая пятая тонна полипропилена, каждая четвертая тонна технического углерода и фенола, а ксилола мы производим вообще половину.

Как видите, речь идет о продуктах высокотехнологичных и, соответственно, высокомаржинальных. Естественно, что правительство Омской области, министерство промышленности и торговли считают нефтехимический сектор одним их ключевых направлений экономики региона.   

Если говорить о перспективах, то сегодня на повестке стоит развитие малотоннажной химии. Этот сегмент промышленности ориентирован на выпуск наукоемких, узкоспециализированных веществ, которые играют ключевую роль в производстве конечной продукции и находят свое применение практически повсеместно. Они используются, в частности, в машиностроении, нефтепереработке, производстве композиционных пластмасс и электроники, фармацевтике и текстильной промышленности. Малотоннажная химия также крайне важна для обеспечения обороноспособности страны, что сегодня особенно актуально.

Между тем по ряду позиций зависимость отечественной промышленности от импорта продуктов малотоннажной химии еще недавно доходила до 100 %, и темпы исправления ситуации необходимо наращивать. Нефтехимический кластер Омской области может сыграть в этом важную роль, что и было отмечено на совместном заседании подкомиссии по химической промышленности и биоэкономике при Правительственной комиссии по промышленности и Координационном совете по промышленности Минпромторга России, состоявшемся в Омске в марте текущего года. Участие в обсуждении темы приняли министр промышленности и торговли РФ Антон Андреевич Алиханов и губернатор Омской области Виталий Павлович Хоценко.

«Ангара» и омские самолеты

– Давайте поговорим о другом «ките» региональной экономики – машиностроении. Здесь одним из самых громких проектов последнего времени стал объявленный в январе 2026 года перевод в Омск мощностей Государственного космического научно-производственного центра (ГКНПЦ) имени М. В. Хруничева госкорпорации «Роскосмос». В какой стадии реализации находится этот проект сейчас?

– Давайте немного углубимся в историю и вспомним, что фактический перевод мощностей ГКНПЦ в Омск начался не в январе этого года, а гораздо раньше – в 2006–2007 годах. Тогда омское производственное объединение «Полет» завершило производство очень надежной, но морально устаревшей ракеты-носителя «Космос-3М». Региональные и федеральные власти задумались над вопросом, чем загрузить производственные мощности уникального предприятия, и было решено выпускать на ПО «Полет» ракеты семейства «Ангара». На сегодняшний день в Омске полностью производится легкая ракета-носитель «Ангара», а кроме того, освоен выпуск первой и второй ступеней тяжелой «Ангары».

На федеральном уровне было принято решение о полном переносе из Москвы в Омск производства ракет «Ангара», о чем и было официально объявлено в январе. В настоящее время для обеспечения полного цикла производства, сборки и испытания ракет-носителей «Ангара» на ПО «Полет» ведется реконструкция и техническое перевооружение производственных корпусов.

Согласно планам корпорации «Роскосмос» окончательный перенос мощностей по производству «Ангары» в Омск должен завершиться к 2029 году. Для обеспечения нового производства на «Полете» предстоит создать около 2 тыс. высокотехнологичных рабочих мест, подготовить инженерный и конструкторский состав, специалистов рабочих специальностей. На ближайшее время это будет нашей первостепенной задачей, и, к слову, первые шаги в этом направлении уже сделаны.

Речь идет, в частности, об инженерном лицее, который был относительно недавно открыт на Космическом проспекте недалеко от проходных ПО «Полет». «Роскосмос» взял шефство над инновационным учебным заведением и обеспечил его техническое оснащение. В лицее оборудованы специальные «космические» классы и мастерские, где есть все необходимое для профильных занятий. Выпускники лицея имеют возможность продолжить образование в колледже имени Жуковского или же поступить в наш Омский государственный технический университет на кафедру ракетостроения. На «Полет» они придут уже подготовленными специалистами.

– Кроме ракетного производства, на ПО «Полет» осуществлялся выпуск авиационной техники. Так, в свое время много разговоров было о самолете Ан-3Т. Существует ли сейчас это направление? Может, авиастроением заинтересовались другие омские предприятия?

– Действительно, с 2000 по 2009 год на «Полете», который уже входил в состав ГКНПЦ им. М. В. Хруничева, мелкими сериями выпускался легкий грузопассажирский самолет Ан-3Т. На машине, кстати, устанавливался турбовинтовой двигатель ТВД-20 производства Омского моторостроительного объединения им. П. И. Баранова. По ряду причин производство Ан-3Т было свернуто.

Теоретически его выпуск до сих пор возможен, ведь в этом случае речь идет о глубокой модернизации легендарного биплана Ан-2. По данным на 2025 год, в гражданском реестре Росавиации числилось порядка 850 таких самолетов, из которых у 235 сохранялся сертификат летной годности.

Доработкой, восстановлением и модернизацией оставшихся в России «Аннушек» можно решить вопрос дефицита самолетов на местных линиях как минимум на ближайшее десятилетие, до появления на рынке новых самолетов данного класса. По нашим сведениям, выпущенные в Омске Ан-3Т эксплуатируются несколькими авиапредприятиями, к примеру, несколько самолетов летают в Якутии.

В последнее время появились неплохие перспективы у еще одного проекта, основанного на доработке Ан-2. Речь идет о самолете «Русская Арктика», который был спроектирован и изготавливается на омском авиаремонтном предприятии «Мотор». Идеолог проекта и главный конструктор самолета Юрий Петров сам является опытным полярным летчиком и не понаслышке знает, какие машины требуются для эксплуатации в суровых условиях Крайнего Севера. «Русская Арктика» – это уже не биплан, а моноплан с увеличенным размахом крыла.

Это позволило разместить дополнительные топливные баки и увеличить дальность до 1,7 тыс. км. При этом модернизированный двигатель АШ-62ИР «питается» доступным автомобильным бензином АИ-95.

«Русская Арктика» уже получила сертификат летной годности, а недавно сотрудники завода «Мотор» демонстрировали возможности самолета губернатору Виталию Павловичу Хоценко и полномочному представителю президента РФ в Сибирском федеральном округе Анатолию Анатольевичу Серышеву. Они отметили, что в связи с растущим интересом нашего государства к освоению Северного морского пути появится запрос на инфраструктуру по обслуживанию данной трассы. Нужна будет техника, способная без проблем добираться до удаленных инфраструктурных объектов, и у «Русской Арктики» в этом плане сегодня практически нет конкурентов. Повышение интереса к «Русской Арктике» для Омска будет означать развитие малой авиации. По линии Минпромторга мы сейчас ищем заказчика, работа с которым позволит развернуть на заводе «Мотор» мелкосерийное производство перспективной машины.

Центр БПЛА в Омске

– Вместе с термином «малая авиация», который вы употребили, в последнее время все чаще упоминаются беспилотные летательные аппараты. Пару лет назад было анонсировано создание в Омске центра по созданию БПЛА. Как идет реализация этих планов?

– Идея создания в Омске центра по производству БПЛА возникла в связи с появлением в стране нацпроекта по созданию беспилотных авиасистем. Всего на территории Российской Федерации должно быть создано порядка 36 научно-производственных центров. Распоряжение о создании в Омской области Научно-производственного центра беспилотных авиационных систем (НПЦ БАС) губернатор Виталий Павлович Хоценко подписал в январе прошлого года.

В настоящее время в центре работают двенадцать резидентов, которые занимаются уже не только реинжинирингом китайской техники, но и ведут собственные разработки, добиваясь заметных успехов. Так, на предприятии «Микроприбор» были разработаны электродвигатели мощностью от одного киловатта и выше, которые по своим техническим характеристикам во многом превосходят зарубежные аналоги. «Микроприбор» передал образцы двигателей в аккредитованную организацию для проверки на соответствие установленным стандартам и техническим регламентам. После получения сертификата предприятие приступит к серийному производству электромоторов.

На наш взгляд, важным обстоятельством является то, что упомянутые двигатели собираются практически полностью на отечественных комплектующих. Исключение пока составляют магниты, которые для электродвигателей такого формата в России приходится закупать в Китае.

В связи с этим возникла идея производства в Омске неодимовых магнитов высокотемпературных классов для серийного производства бесколлекторных моторов квадрокоптеров, FPV-дронов и подвесов камер. И вот в построении такой кооперационной цепочки как раз и заключается суть создания НПЦ БАС. Структура обеспечит уникальную площадку, позволяющую объединить и синхронизировать действия органов власти и частных организаций по созданию беспилотников. В настоящее время мы готовим заявку для участия в федеральном конкурсе, который проводит Минпромторг РФ, на предоставление федеральной субсидии для технического оснащения нашего центра.

Рассчитываем получить целевую субсидию в размере миллиарда рублей.

 Премиум-посуда из пластика

– Перейдем к мирной продукции. Это завод литьевых пластмасс, который недавно одобрил инвесткомитет. В какой он сейчас стадии и кто инвестор?

– Речь о Вольгинском заводе литьевых пластмасс из Владимирской области.

Они искали площадку, рядом с Казахстаном, чтобы сократить логистику, и пришли к нам. Их первое производство закрывает центр России, а когда они только выходили на казахстанский рынок, и плечо из Владимира было слишком длинным. Наши 1020 километров границы дали им нужную близость.

– Каковы масштабы этого производства на сегодняшний день? Что именно выпускает завод?

– Компания является резидентом нашего индустриального парка «ТехноОмск». Сегодня у них уже порядка 46 термопластов, 300 сотрудников. Они вышли на приличный объем – порядка 1,7 млрд рублей. Инвестор не останавливается в развитии: поставляет свою продукцию в Омскую область, закрывает ту же Республику Казахстан и идет на Восток.

Их основное производство – это одноразовая посуда, как эконом-, так и премиум-сегмента. И они постоянно расширяются, роботизируют технологии.

– Что значит одноразовая посуда премиум-класса? Сложно представить. Обычно это пластиковые стаканчики, тарелочки.

– Есть тарелочки, которые мы знаем, ложки, которые ломаются, – это экономсегмент, который легко деформируется при давлении. Но это уже вчерашний день. Есть посуда, которая смотрится как более плотная и качественная, из более дорогого сырья. И, по сути дела, внешне как стеклянная – ее тяжело отличить.

Она востребована в сегменте HoReCa (отели, рестораны, кейтеринг. – Прим. ред.). То есть рестораны, когда обслуживают выездные мероприятия, им зачастую со стеклом работать проблематично, и премиум-сегмент посуды закрывает этот вопрос.

– Сейчас завод успешно работает на имеющейся площадке, но каковы дальнейшие планы? Хватает ли предприятию текущих мощностей для развития?

– Сегодня развитие компании сдерживают ограничения по имеющимся площадям, хотя они ведут большую работу по модернизации. В настоящее время совместно подбираем площадку. В новое производство предприятие планирует инвестировать порядка полумиллиарда рублей.

На инвесткомитете этот проект был одобрен. Будем совместно с компанией заниматься дальнейшим развитием. Естественно, для области это выгодно, потому что создаются новые рабочие места – порядка 100 человек, а также увеличится экспорт в другие регионы.

«Фруктово-картофельные» связи

– Премиум-ложки – это ведь не единственное, что мы поставляем в другие страны? С какими еще государствами регион ведет торговлю?

– Сегодня главным стратегическим партнером является Казахстан, экспорт составляет порядка 300 млн долларов в год. Второе место занимает Китай, затем идут Узбекистан и Беларусь.

– В прошлом году запустился центр «Фрут-Сити», куда возят овощи и фрукты из Узбекистана. Есть ли планы по расширению этого центра и сотрудничества с Узбекистаном в целом?

– Товарооборот с Узбекистаном за последний год вырос почти в два раза. Мы являемся постоянным делегационным участником выставок. Не только везем продукцию в центр «Фрут-Сити», но и стараемся загрузить обратный транспорт омскими товарами, которые там востребованы. Экспорт туда сегодня составляет где-то 50 млн, а импорт – в районе 30 млн. При этом 90 % импорта – это фрукты и овощи, но наш экспорт превалирует за счет химии, нефтехимии и высокотехнологичного оборудования. В последнее время везем в дружественную страну мясо и картофель.

Что касается «Фрут-Сити», сейчас идет реализация плана второй очереди строительства – это дополнительные торговые и логистические терминалы. В последующем планируется сделать третью очередь. С учетом того, как развивается комплекс, сегодня он закрывает потребности не только нашего региона, но и частично соседних: Новосибирск, Тюмень. То есть создается такой логистический хаб.

Надеемся, что развитие комплекса продолжится. Мы уже сейчас видим, что «Фрут-Сити» – это цивилизованный рынок. Совсем другой уровень той же оптовой торговли.

– Какие омские предприятия выходят на рынок Узбекистана?

– Например, Омский завод инновационных технологий, производящий котельное оборудование. Мы активно продвигаем котлы в Узбекистан, там большой рынок по модернизации систем ЖКХ. Подписано соглашение между губернатором Омской области Виталием Хоценко и хокимиятами (муниципальные власти в Узбекистане. – Прим. ред.), год назад создали инжиниринговый центр в Бухаре при техникуме для обучения ребят. Следующий шаг – создание совместного предприятия: технологии и разработки будут наши, омские, а железо – с узбекской стороны. Думаю, в течение года должно состояться создание этого совместного предприятия.

Также НПЦ «Промтех» делает диагностическую аппаратуру для железных дорог. Они стали резидентами СЭЗ «Навои» для создания производства. Это тоже не просто проект, конкурентный с китайскими компаниями. Надеемся, что также результат будет.

А швейная компания Smart уже несколько лет как создала предприятие в Бухаре по пошиву изделий, в том числе палаток и спальных мешков. В общем, товары для отдыха и туризма.

Вы знаете, все новое – хорошо забытое старое. У нас в Омской области есть множество курганов, например, в Нижнеомском и Горьковском районах. Так, сам я из Горьковского района, в прошлом году там были раскопки. Оказалось, что двухтысячелетний скрытый курган в лесу не успели разграбить в эпоху Петра I.

– Что там обнаружили?

– Сам видел эти артефакты. Находки: зеркало и металлический запаянный сосуд из Китая, сережки, бляшки от ремня, а также бусы, вроде как из Египта, пролежали в земле столетия и сохранились до наших дней. Значит, две тысячи лет назад через Омскую область проходили торговые пути.

То есть, получается, Омск и область были и будут не только воротами в Азию, но и из Азии.

Три проекта с Мантуровым

– Не так давно состоялась очередная встреча губернатора с Денисом Мантуровым, где обсуждались три крупных промышленных проекта. В официальных сообщениях анонсировался только шинный завод. Расскажите подробнее, о каких еще объектах шла речь на этой встрече и что важного обсуждалось?

– Губернатор довольно часто встречается с Денисом Валентиновичем, который хорошо знает наш регион. Он бывал у нас при закладке новых производств – открывал производство фенол-ацетона и изопропилового спирта группы компаний «Титан». Будучи вице-премьером, он посещал завод «Трансмаш» и предложил сделать там индустриальный парк.

Несмотря на санкции, у нас продолжается реализация крупных проектов. Недавно был запущен испытательный комплекс в моторостроительном КБ. В 2025 году открылся первый проект в Особой экономической зоне «Авангард» – «Омскэлектротех» по производству крепежных изделий для атомной промышленности.

В ноябре 2025 года на заводе «Омский каучук» запустили производство низкомолекулярного высокореакционного полиизобутилена. Эта продукция супервостребована и полностью импортозамещена, как и изопропиловый спирт, который идет в химию, нефтехимию и медицину.

– Какие еще крупные проекты реализуются?

– Завод графитированных электродов. Запустить производство планировалось в 2026 году, но из-за высокой ключевой ставки и пересмотра технологии проект стоял на паузе. Сегодня графитированные электроды поставляются из дружественных стран, но этот проект станет полностью импортозамещающим. Строительные работы были возобновлены в августе 2025 года. При мощности 45 тысяч тонн капиталовложения в завод достигли 85 млрд рублей.

«Авангард» в «Авангарде»

– А что касается завода по производству сверхкрупных шин, создание которого анонсировалось?

– Это абсолютно новое производство шин большого диаметра (до 4,5 метра) для карьерных самосвалов типа БелАЗ. Сейчас их делают только в Бобруйске в Беларуси, но их мощностей не хватает. Задача – запустить производство в 2028 году.

Инвестором, компанией «Авангард» уже поданы документы на разрешение строительства на территории ОЭЗ «Авангард», сейчас подбираем площадку. Для региона это инвестиции свыше 54 млрд рублей. По линии Минпромторга через кластерную инвестиционную платформу (КИП) получен льготный кредит – порядка 18 млрд рублей.

IT-парки и кластеры беспилотников в эпоху «дорогих денег»

– Давайте поговорим про индустриальные парки. Насколько они сегодня загружены в Омской области и как развивается промышленная кооперация?

– Мы начинали создавать первый парк в 2016 году с ГК «Титан», но тогда еще не было федеральных нормативов. Сегодня нормативная база есть, и мы создаем парки в соответствии с постановлениями правительства РФ. У нас созданы три индустриальных парка, один технопарк.

Две наши заявки прошли конкурсный отбор на получение федерального гранта – это «Омск Диджитал» (совместно с дочерней компанией «Эр-Телеком»), который строит ИТ-бизнес-парк на бывших площадях завода имени Козицкого. Федерация выделяет 350 млн рублей, регион – 87, 5 млн, а индустриальный партнер вкладывает не менее 187, 5 млн. Также на следующий год подана предварительная заявка на создание нового бизнес-парка «Арт-Битум» в Особой экономической зоне «Авангард». До конца лета станет известно, прошел ли он предварительный отбор.

– Как известно, инвестор идет туда, где есть подходящие для ведения бизнеса условия. Какие меры поддержки предусмотрены для резидентов и управляющих компаний и много ли желающих присоединиться к таким методам промышленной кооперации?

– В основном это льгота управляющей компании по налогу на имущество. Для индустриального парка «Флагман» (развитие химии, нефтехимии и «малотоннажки») мы укомплектовали меры господдержки, которые позволяют возмещать управляющей компании до 90 % затрат на создание инженерной инфраструктуры (энергетика, вода, газ, тепло) в рамках уплаченных резидентами налогов. На 2027 год в федеральном бюджете на это предусмотрено свыше миллиарда рублей.

Что касается резидентов, в очередь они пока не стоят, за места не бьются, есть недозаполняемость. Происходит наложение экономической ситуации – сегодня деньги очень дорогие (высокая ключевая ставка. – Прим. ред.), и многие проекты стоят на паузе. Всего у нас сейчас 21 резидент: где-то – шесть-семь, где-то – поменьше.

– Как сегодня выстроена кластерная политика в регионе и как они появляются на индустриальной карте Омской области?

– Сейчас у нас создано 15 промышленных кластеров: 13 региональных и два межрегиональных. Вовлечено около 150 предприятий.

Мы выявляем кооперационные цепочки между предприятиями, смотрим, где они нарушены. Потом изучаем потребности в продукции, создаем инвестиционные ниши и ищем под них конкретных инвесторов. Выезжаем на предприятия, помогаем, если надо, подключаем другие министерства.

В этом году было запланировано создать три кластера – беспилотных авиасистем, детских товаров и промышленный кластер специальных химических технологий. Два, детских товаров и специальных технических технологий - уже созданы и зарегистрированы в реестре Минпромторга РФ. По созданию и развитию кластеров мы и Башкирия являемся передовиками в стране.

Одна из эффективных мер поддержки – в 2025 году мы заключили специальный инвестконтракт для участника кластера, что позволяет снизить страховые взносы для компании. Ну и традиционные льготное заемное финансирование, субсидии на сертификацию продукции, поиск партнеров и расширение географии поставок. Это позволяет производствам развиваться.

Чалдонские беляши – сибирский ДНК

– В 2025 году в ведение Минпромторга перешла сфера общественного питания. С тех же пор стали говорить о чалдонской кухне как о наследии региона. Скажите, есть ли у нее потенциал стать гастрономическим брендом Омской области?

– Безусловно, есть. Мы это направление людям сильно не навязываем, но начали реализовывать. У нас подписано соглашение с Ассоциацией шеф-поваров и шеф-кондитеров. Шеф-сообщество проводит гастроэкспедиции в Тарский, Большереченский, Колосовский, Знаменский районы, идут по старым деревням и изучают культуру, традиции и блюда наших предков.

В 2025 году по инициативе администрации президента и Минпромторга мы провели фестиваль русской кухни. Начали с НПО «Мир» – промышленного предприятия, где все сделано в наших старых русских традициях, чтобы показать рестораторам, как можно работать. Затем в колледже КИТЭК сделали конкурс на лучшую кулебяку среди преподавателей, которые привезли рецепты из районов.

А в «Омской крепости» организовали ярмарку русской кухни. Весь ноябрь в меню ресторанов было специальное фестивальное предложение – откликнулось порядка 20 заведений.

Чалдонская кухня – это наша история и наш сибирский ДНК. У нас широко представлена азиатская, вьетнамская, кавказская кухни, а нашей традиционной не было. Нам хочется показать, чем жили наши предки. Это тоже своего рода импортозамещение навязанной европейской или другой кухни.

– Планируется ли ввести чалдонскую кухню в сферу уличного фастфуда? Есть ли готовые к этому предприниматели и заменит ли она в итоге беляши и шаурму?

– Есть предприниматели, которые этим занимаются. Один из элементов – те же беляши, это тоже частичка, так сказать, местной кухни. И я бы не противопоставлял эти вещи.

Беляши у политеха – это городской фольклор, быстрая и доступная еда. Это наша современная культура, а чалдонская кухня – другое. Это история, глубокие традиции.

Она не должна конкурировать с беляшами. Она должна занять свое место: в ресторанных меню, на гастрономических фестивалях, туристических маршрутах. Чалдонская кухня может стать для Омской области тем же, чем кавказская или татарская для своих регионов. Предметом гордости и притяжения. Это не про замену, а про расширение.

– Андрей Васильевич, сегодня мы говорили о тысячах рабочих мест и миллиардах рублей. И вдруг про чалдонские каши. Насколько для вас важно, чтобы Омск ассоциировался не только с тяжелой нефтехимией, но и со вкусной историей?

– Мы много говорим о технологическом суверенитете. Но суверенитет – это не только станки и катализаторы. Это еще и культурный код. Чалдонская кухня – это наша сибирская идентичность. Поэтому я не противопоставляю эти вещи.

Пока мы строим завод графитированных электродов, мы параллельно собираем рецепты в этнографических экспедициях. Это делается не ради ностальгии, а ради того, чтобы наш регион был уникальным.

Промышленность – это сила, а вкусная история – это душа. Сила без души – просто механизм. Нам нужен живой, узнаваемый регион.