В июне Совфед поддержал закон, регулирующий лицензирование производства и продажи табака, а также никотинсодержащих изделий. Помимо лицензирования, в рамках нового закона регионы России получат полномочия самостоятельно запрещать розничную торговлю вейпами на своей территории.
Власти Омской области уже сделали заявление о том, что в регионе рассмотрят запрет на торговлю вейпами. Минздраву дали соответствующее поручение по разработке законопроекта. «Омск-информ» узнал у представителей омского табачного рынка, как они станут выживать дальше. И выяснил все «подводные камни» закона.
Сворачиваться рано
Пилотный проект о введении ограничений на продажу вводится на 5 лет: с 1 марта 2027 года по 1 марта 2032 года. Омский бизнес, специализирующийся на продаже электронных систем доставки никотина, оказался в ситуации неопределенности. И сотрудники, и руководители отмечают, что пока запрет официально не вступил в силу, думать о «сворачивании» бизнеса рано.
– Работаем, пока запрета нет. Как время придет, будем думать, что делать: менять формат, ассортимент или полностью закрываться. Пока мыслей по этому поводу не приходит, рано еще, – отметил администратор одной из сетей омских вейп-шопов Кирилл.
Звучит как приговор
Для рядовых сотрудников надвигающийся запрет звучит как приговор их текущей занятости. Консультанты, для многих из которых эта работа стала основным источником дохода, уже начали строить пессимистичные прогнозы.
– Если действительно запретят, то точка закроется, меня уволят. Придется новую работу искать, что ж тут делать, – заявил сотрудник одной из точек Александр.
Не лучше обстоят дела и у собственников бизнеса. Руководители вейп-шопов, годами выстраивавшие логистику, клиентскую базу и систему поставок, могут просто остаться без своего бизнеса. Как иронично отметил владелец одного из таких табачных ларьков Антон, такие законодательные инициативы оставят его без гроша в кармане.
– Красавчики, все правильно делают. Я стану нищим, – коротко прокомментировал владелец.
Детям все равно продадут
Одобренный Совфедом закон, напоминаем, разделен на две части. Наделение региональных властей полномочиями – это одна часть, другая же регулирует лицензирование продажи табачных изделий. То есть точки продажи должны будут получить специальную лицензию на торговлю, что должно сделать рынок чище и помочь в борьбе с теневым сегментом.
Право на введение регионального запрета сопровождается лозунгом борьбы за здоровье граждан, в том числе подростков и детей. При этом продажа никотинсодержащей продукции несовершеннолетним и так запрещена и, как отметили буквально все опрошенные сотрудники вейп-шопов, документы тщательно проверяются. Проблема тут не в том, что покупают дети, а в том, что покупают детям.
Как отметила сотрудница одной из точек по продаже «нежелательного» никотина Карина, дети, если им нужно, найдут кого-нибудь из сердобольных взрослых для покупки. И неважно для чего: вейпов, сигарет или алкоголя. Иногда за жидкостями или девайсами для своих чад приходят родители.
– Лично для меня непонятно, для чего это делается. Они аргументируют это заботой о детях, которые курят, но ты можешь подойти к любому на улице и попросить купить те же сигареты или пиво, и тебе купят. Иногда даже матери приходят детям покупать,– рассказала сотрудница вейп-шопа.
По словам Карины, после запрета полки в «официальных» магазинах опустеют, но товары никуда не исчезнут и перейдут на другой уровень сбыта: в теневой сегмент.
– Если все-таки это все прикроют, начнется подпольная история. Как раньше было, когда повышали цены на жидкости. Тогда начнут «из-под полы» продавать, в телеграм-каналах. А если даже подпольно не получится, все просто перейдут на сигареты, – отметила Карина.
В соседней стране, как рассказал Сергей, подпольный рынок никотина процветает даже в крупных городах. При желании каждый может пойти и купить то, что ему нужно. Продавцы не скрываются.
– На примере того же Казахстана, оно все там процветает. Человек, который знает где, которому надо, спокойно может пойти и купить. На тот же рынок заходишь, подходишь, они не скрываются так сильно. Да даже в городах, где уже введен запрет, при желании все равно все купишь, – рассказал администратор сети магазинов.
Подпольный рынок вейпов и заправки для них в Омске существует уже давно. Как рассказал один из представителей торговли «из-под полы» Алексей, бизнес процветает уже несколько лет.
Покупатели идут на «неофициальную» покупку из-за более низких цен, которых удается добиться за счет низкой добавочной стоимости и кустарного производства. В основном торговля идет среди «своих» – постоянных покупателей и тех, до кого дошло сарафанное радио.
– Покупаю у поставщиков, привожу и продаю с минимальной наценкой поштучно, иногда небольшими партиями. Иногда «самозамесы» делаю (смешивание ароматизатора и никотина – Прим. ред). Покупают хорошо, у меня же дешевле, чем в магазинах, тем более я сам доставляю. Покупают постоянники в основном, да их знакомые, но с такой клиентской базы неплохо выходит на самом деле, – рассказал Алексей.
Сколько именно получается заработать с одной «партии», Алексей решил умолчать, однако отметил, что запрету на продажу вейпов даже рад, потому что это «только добавит ему клиентов».
Спасет переформатирование?
Однако вряд ли тут пахнет безысходностью, у этого рынка определенно есть шанс на выживание. Некоторые магазины торгуют не только вейпами и жидкостями к ним. Как рассказала сотрудница одной из точек продажи табака Эльвира, после принятия запрета подобные товары с полок исчезнут, но табак для кальянов, энергетики и сигареты останутся.
– Табак для кальянов останется, жевательный табак. Энергетики тоже останутся. Может, какая-то новая табачная продукция появится, – рассказала консультант.
То есть табачная продукция, безусловно, вредная для здоровья, никуда не денется. С полок исчезнет лишь одна часть из того, чем «травятся» омичи.
Администратор другой омской крупной сети вейп-шопов привел в пример соседний Казахстан, где запрет на продажу подобной продукции действует с 2024 года. По словам администратора Сергея, рынок там удержался, но 30–40 % точек закрылись. Торговцы никотином спаслись переформатированием товарного разнообразия: вейпы и жидкости убрали, а их место заняли сигареты и табак для кальяна.
– Они поменяли ассортимент, то есть сигареты, табаки для кальянов, все, что разрешено. И в целом из-за того, что вейп запретили, большая часть людей перекочевала на другой формат курения. Чистой прибыли, конечно, стало меньше. Нерентабельные точки пришлось закрыть, но в целом рынок магазинов нашего формата удержался, они просто переориентировались и дальше работают, – рассказал Сергей.
Он также отметил, что крупная сеть может просто уйти из Омска и передислоцироваться в другой регион, который запрета не ввел. В таком случае Омск лишится как минимум одного, а может, и нескольких достаточно крупных бизнесов, которые платят налоги в казну.
Однако, как говорится, свято место пусто не бывает – на спрос всегда найдется предложение.
Парадоксальная ситуация
С новым законом получается парадоксальная ситуация. Лицензии вводятся для уменьшения сегмента теневой торговли, но, как отмечают представители этого рынка, торговля «из-под полы» от таких запретов только выиграет. При этом подпольные продавцы могут не утруждать себя проверкой документов и слежением за качеством продукции. Как скажется употребление таких «самозамесов» на здоровье детей – вопрос открытый.
При этом запрет на продажу никак не повлияет на привязанность омичей к никотину. Продавцы подметили, что их клиенты просто перейдут на другую продукцию, как это произошло в Казахстане. Поменяют вейпы на сигареты, жевательный табак, нагревательные системы или снюс. Такая замена шила на мыло вряд ли поспособствует увеличению здоровья омичей.
При этом пострадает и омская экономика. Крупные сети и мелкие ИП вынуждены будут либо сократить ассортимент, что, безусловно, скажется на продажах и выручке, либо полностью уйти с рынка, уступив место единичным «торговцам», у которых нет ни сотрудников, ни арендуемых площадей.
Напомним, что курение вредит здоровью, а необдуманные запреты вредят обществу и экономике. Да и проблему табачной зависимости вряд ли кардинально решат.