В городской администрации постоянно отодвигают сроки предоставления новых квартир. Жильцы уже считают, что этого не произойдет никогда.
Пятиэтажку на 4-й Транспортной в Октябрьском округе Омска признали аварийной в 2017 году из-за высокой степени изношенности. Но не расселяют ее уже несколько лет. Сначала в обещаниях звучал 2019 год, потом 2020-й. Теперь сроки еще более неопределенны.
Недавно глава Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин поручил и. о. руководителя омского Следкома Сергею Марковиченко разобраться в ситуации. И потом доложить о результатах проверки.
«Американские горки»
Обозреватель «Омск-информа» побывал в кирпичной хрущевке и выяснил настроения жильцов. Пятиэтажка 1960 года постройки затерялась среди такого же типового жилья и, казалось, ничем не выделяется.
Но, когда подходишь к дому, все встает на свои места. У входа в первый подъезд зияет темная пустота: двери отсутствуют, кирпичная кладка обвалилась. Внутренняя дверь используется жильцами в качестве мостика, под которым, вероятно, разрушенный бетонный пол. На затопленном первом этаже образовалась стихийная свалка из бутылок и выброшенных вещей.
Вместо ступенек внизу наспех прибитые фанерки, которые предательски скрипят под ногами, из подвала, как из Преисподней, раздается утробный гул неисправных коммуникаций. В подъезде становится заметным, что здание сильно просело и как будто даже накренилось: перила и ступени от времени деформировались под каким-то невероятным углом, напоминая экстремальный аттракцион. Как поднимаются по этим «американским горкам» жильцы, непонятно. Краска на стенах давно облупилась, сквозь отвалившуюся штукатурку проглядывает кирпичная кладка. Вкупе вся эта обстановка –++ хорошая иллюстрация для фильма ужасов.
Во втором подъезде входная дверь на ладан дышит, то и дело открываясь под порывами ветра. При этом в секциях этого общежития живут не асоциальные элементы, а вполне приличные люди. Они каждый день ездят отсюда на работу и на учебу, а после спешат домой, в свои комнаты. Жительница Анастасия наотрез отказалась общаться.
– Я уже никому не верю! Не хочу, это бесполезно, – сказала она.
Хотят новые квартиры
К слову, так же настроены и другие жильцы, которые не верят в улучшение жилищных условий. И соглашаться на выкупную стоимость своих комнат они не намерены. По новым данным, людей отсюда расселят в 2025 году.
– Идет разговор о расселении дома в 2025 году. Если не ошибаюсь, нам собираются предоставить квартиры где-то на Московке. Но вот жителям пятиэтажки на 3-й Транспортной, которая горела, заплатили выкупную стоимость 1,3–1,5 млн рублей. Мы этого категорически не хотим. Что мы купим на эти деньги? – обрисовала извечный конфликт интересов жительница аварийного дома Светлана Волкова.
Она живет здесь с 1970 года, с тех пор как комнату дали маме, работнице шинного завода. Сейчас Светлана живет одна. Она демонстрирует местами провалившийся пол в аккуратной общей кухоньке, местами заделанный кусками линолеума и фанерой.
Типовые шкафчики в коридоре давно не видели краски, стены облупились местами до кирпича. В деревянные окна со щелями задувает ледяной ветер. Под потолком всюду торчат оголенные древние провода. Пол покрывают аутентичные деревянные половицы. Но в целом здесь довольно чисто.
«Мы обираем государство»
К разговору присоединяется подруга Светланы Ольга, проживающая в этой пятиэтажке с 1976 года. Комнату давали ее маме, как работнице завода имени Баранова. Ольга вспоминает, как при Советском Союзе за государственный счет каждую пятилетку общежитие ремонтировали: делали фасады и подъезды. Сейчас все иначе. И потому недавно жительнице пришлось съехать – двое детей постоянно болели из-за плесени и сырости.
– Нам страшно здесь жить: везде грибок, особенно на первом этаже. Это просто счастливый случай, что у родственницы освободилась квартира. Мы переехали туда и платим только за «коммуналку», – говорит женщина. – Моей знакомой, Татьяне, дали выкупную стоимость комнаты, и ей хватило на крошечный домик в Порт-Артуре. Двоих детей дернули со школы, в округе нет никакой инфраструктуры, район не ахти. А другой приятельнице дали 700 тыс. рублей. Люди просто разочарованы: их кинули. Это разве справедливо?
Ольга рассказала, что ходила на прием, когда директором департамента жилищной политики работала Светлана Шенфельд. Там просительнице якобы грубо отказали.
– Мне сказали, что мы обираем государство. Даже говорили, что не расселят никогда. Когда сидела в приемной, люди все уходили недовольные. Рядом сидела заслуженный учитель, она плакала в отчаянии: «Хоть автомат бери!». Возможно, стоило отказывать в расселении более вежливо, – вспоминает женщина.
Ольга опасается, что людей могут выселить на улицу. Она неоднократно судилась с городской администрацией.
– Мы прописаны в этой комнате с сестрой. Я с 2019 года стою на очереди как малоимущая. И судилась, чтобы нас расселили в разное жилье. Но решением суда нам полагается одна квартира на две семьи. С вердиктом не поспоришь, но вместе жить не дело, – пояснила она.
Есть дома похуже
Другой жилец дома, 68-летний Владимир Шахлевич, приобрел комнату в этом общежитии в 2008 году, когда развелся с супругой. Раньше он трудился на бетонном заводе, а теперь на пенсии. Сначала ухаживал за больной мамой, которая летом ушла из жизни, и пенсионер остался один. Он не ждет никаких изменений и в целом настроен философски.
– Это Комсомол, уголок города. И тут народ комплектуется не случайным образом. Кто-то работал на заводе, кто-то ведет асоциальный образ жизни. А кто-то, как я, одинок. Есть дома даже хуже, чем наш. Начнешь просить, власти скажут, что недофинансирование, и прочая, – рассуждает он.
В крайнем случае пенсионер намерен обратиться за юридической помощью. Но это если в общежитии вдруг случится масштабное коммунальное ЧП. Устранять его некому – управляющая компания оставила пятиэтажку в 2015 году.
– Юридическая фирма прошлым летом устраивала здесь небольшое собрание, предлагала высудить компенсацию. Соседи так и сделали и довольны, – сказал Владимир Шахлевич. – Поначалу меня здесь все устраивало, а потом управляющая компания нас оставила из-за долгов, начались неудобства. Я их понимаю: за обслуживание жилья не платят, а в обслуживании надо «упираться», того и гляди где-нибудь прорвет трубы. Периодически вывешивают объявления, что дом участвует в конкурсе на поиск управляющей компании. Но, по моим данным, желающих не находится. Я представляю реальную картину и на крайний случай обращусь в юридическую фирму. Боюсь только, что зимой разморозится отопление или труба лопнет в подвале. Но пока все в порядке.
В секции, где живет пенсионер, очень уютно. Многочисленным горшкам с цветами на подоконниках сквозняки, кажется, не страшны. Окна и стены украшены по-новогоднему. На столе расположился импровизированный мини-бар с аккуратно початыми бутылками неплохого алкоголя. По кухне бегает роскошная серая кошка, всеобщая любимица.
Владимир Шахлевич поведал, что в своей комнате самостоятельно сделал незатейливый ремонт. Закрыл половицы фанерой и линолеумом, наклеил обои, поставил полки с книгами и кассетами. В комнате царит образцовый порядок, имеются ЖК-телевизор и колонка.
Пенсионер охотно рассказывает, кто обитает в других комнатах. Соседка по секции продала комнату городской администрации, и теперь жилье стоит пустое. Еще один сосед умер, его наследники не живут здесь и не сдают этот угол. В секции остались два собственника и один арендатор, трое мужчин-пенсионеров.
Вечерами можно наблюдать, как светятся окна лишь в половине общежития. Видимо, часть жителей уже покинули разрушающуюся пятиэтажку. А оставшиеся люди продолжают коротать дни среди плесени и полуразрушенных коммуникаций.
Нет конкретных сроков
Как пояснили «Омск-информу» в мэрии Омска, дом признан аварийным в 2017 году. А по специальной федеральной программе сейчас расселяются дома, получившие такой статус с 1 января 2012 года по 1 января 2017 года.
– Дом № 50 по улице 4-й Транспортной признан аварийным в январе 2017 года. И стоит первым в очереди на расселение по федеральной программе. Чтобы ее продлить на следующий период, нужно решение федеральных властей. И тогда из фонда содействия реформированию ЖКХ, регионального и местных бюджетов получится выделить средства на эти цели, – уточнили в мэрии Омска.
То есть конкретных сроков никто не называет. Жильцам, разуверившимся в получении новых квадратных метров, не остается ничего иного, как оставаться в заложниках у стремительно разрушающегося общежития. Они не надеются даже на помощь главы федерального Следкома. Ведь таких «домов, которых нет», в Омске еще предостаточно.