Декан фармацевтического факультета ОмГМУ рассказала, что такое фармация, кто такие провизоры, и много интересного о лекарственных препаратах.
Фармацевтический факультет самый молодой в ОмГМУ, создан он был в 2002 году. Однако, несмотря на свой 20-летний возраст, мало известен даже в Омской области. Существует мнение, что провизор с высшим образованием – это человек, который продает препараты в аптеке. На самом деле работник первого стола – лишь начальная ступень в карьере провизора. О фармации, провизорах, лекарственных препаратах и многом другом мы беседуем с деканом фармацевтического факультета, кандидатом фармацевтических наук, доцентом, заведующей кафедрой фармацевтической, аналитической и токсикологической химии Еленой Лукша.
– Елена Александровна, фармация и фармакология, давайте разберемся в этих понятиях?
– Фармация изучает все этапы жизненного цикла препарата от его разработки до реализации конечному потребителю, а фармакология – то, как действует лекарственное вещество на организм человека и как организм реагирует на присутствие лекарственного вещества. Но это не значит, что наши студенты отрезаны от знаний по фармакологии. У нас учатся знать все о лекарствах.
– В чем различия между фармацевтом и провизором?
– Фармацевты – специалисты со средним профессиональным образованием, их выпускает медицинский колледж. Фармацевтический факультет выпускает специалистов с высшим фармацевтическим образованием – провизоров. Провизор – это более глубоко знающий о препаратах специалист. Наши выпускники могут не только работать за первым столом в аптеке, но и провизорами-технологами в производственной аптеке. После ординатуры провизору открыты более широкие возможности – заведующий аптечной сетью, топ-менеджер крупной фармацевтической организации и дистрибьюторской компании. Наши специалисты имеют право заниматься разработкой, созданием препаратов как в условиях аптеки, так и на промышленных предприятиях и выведением их на фармацевтический рынок. То, как важна роль провизоров, показывают нынешние сложные условия. В пандемию все ждут эффективную вакцину и препараты для коррекции коронавирусной инфекции, которые не могут быть разработаны без участия провизоров. Накладывает это ответственность и на преподавателей нашего факультета, потому что мы обязаны обучать студентов азам разработки вакцин и препаратов с нацеленностью на эту патологию.
– Сколько провизоров ежегодно выпускает факультет?
– От 16 до 26 провизоров. Поступить к нам достаточно сложно, 10 бюджетных мест – это немного. В отличие от других факультетов сложность обучения с каждым курсом растет, самый сложный – пятый курс. Много ребят отсеивается. В этом году мы набрали всего 21 студента из-за того, что была отменена вторая волна. Зато есть свои плюсы: мы можем уделить внимание каждому студенту на каждом занятии. Это говорит о качестве обучения. Наши студенты востребованы.
– Что изучают будущие провизоры?
– По сути, провизор должен быть и химиком, и правоведом, и экономистом, и бухгалтером, и технологом. За пять лет учебы они очень глубоко изучают химию, фармакологию, фармакогнозию – науку о лекарственных растениях. Кстати, ни один вуз в РФ не дает столько знаний на научной основе о лекарственных растениях, сколько наш. Периодически возникает мода на какие-то лекарственные растения, их начинают избыточно и необоснованно рекламировать. Наши ученики трезво ориентируются в этой рекламе и могут совершенно спокойно определить рациональное звено. Этому мы учим объективно и добросовестно. Если говорить о комплексе дисциплин, составляющих суть специальности «провизор» – это фармацевтическая химия, фармацевтическая технология, фармакогнозия и управление и экономика фармации.
– А названия всех препаратов и их аналоги должны знать? Любопытно, сколько их всего?
– Провизор должен в голове держать минимум три наименования каждого лекарственного препарата: химическое (название действующего вещества, отражающее его состав и химическую структуру – молекулу), международное непатентованное и торговое. Например, ацетилсалициловая кислота – это международное непатентованное наименование вещества, 2-ацетилоксибензойная кислота – его химическое наименование, аспирин – торговое наименование препарата фирмы «Байер», которое запатентовано. На мировом рынке вращается свыше 700 структурных формул (молекул), которые оказывают разнообразные фармакологические эффекты. Примерно 20 топовых предприятий – лидеров мировой фармацевтической отрасли производят бренды, остальные предприятия воспроизводят дженерики – аналоги по действующему веществу. Одна молекула может дать до 70 синонимов. Всего в мире произведено 35 000 лекарственных препаратов.
– Обязан ли провизор предлагать дешевые аналоги?
– Все зависит от действующей нормативной документации, которая регламентирует алгоритм и рамки фармацевтического консультирования. По сути, если рецепт выписан по химическому наименованию, разницы нет, в каком препарате находится действующее вещество, он в любом случае не навредит. Конечно же, должен быть государственный контроль за качеством лекарственных препаратов, и Росздравнадзор периодически бракует продукцию как отечественных, так и зарубежных производителей по малейшим признакам несовпадения цветовой гаммы в первичной или вторичной упаковке, наличия осадка, несоответствия маркировки и так далее.
– Обычная ситуация: приходит человек в аптеку без рецепта, но с жалобами на кожные высыпания. Как правильно должен действовать провизор?
– Провизор обязан оказать фармацевтическую помощь – предложить лекарственные средства безрецептурного отпуска, которые снимут симптоматические проявления, и в обязательном порядке провизор порекомендует данному клиенту обратиться к врачу. Обычно люди обращаются в аптеку с типовыми вопросами: предложить средства от насморка, кашля, боли в горле, головной боли и так далее. В настоящее время все рабочие места провизоров, которые занимаются отпуском лекарственных препаратов потребителям, оснащены доступом к обширной справочной базе. Мы учим наших студентов ни в коем случае не создавать ситуацию, которая хоть в малейшей мере может способствовать формированию недоверия пациента к своему врачу. В аптеках иногда наблюдаю такую картину: приносят неразборчивый рецепт, и специалист в белом халате за прилавком начинает умничать: да кто это вам выписал, что это за врач?! Так поступать – непрофессионально. Нельзя возвращать рецепт пациенту с требованием принести другой, более разборчивый. Всегда есть возможность связаться с врачом по указанным в рецепте данным.
– Чем занимаются провизоры-технологи?
– В советское время была широко распространена практика производственных аптек. Врачи обладали искусством выписывать мануальные прописи, в которых прописывали лекарственные формы для изготовления в аптеке, а провизоры-технологи изготавливали препараты по рецептам. В настоящее время производственные аптеки остались в основном при больницах. Например, в роддомах производят раствор глюкозы для инъекций новорожденным. В него нельзя добавлять никакие вспомогательные вещества, такие как консерваторы и стабилизаторы, поэтому срок его хранения составляет всего сутки. Ни один завод не сможет обеспечить такого производства.
– Но в Омске нет фармпроизводства.
– В Омске нет даже производства БАДов. Нам очень сложно показать наглядно возможности профессии, а нашим выпускникам реализовать свой потенциал в Омске. Мы обходимся возможностями университетской учебной лаборатории. В собственном фармпроизводстве нуждаемся не только мы, оно необходимо городу-миллионнику для обеспечения потребностей населения качественными и недорогими лекарственными препаратами.
– Расскажите о каких-то интересных исследованиях, которые вы со студентами проводите в лаборатории?
– Есть такой стереотип, что лекарственные растения и все препараты из них совершенно безвредны. Топовыми странами по производству БАДов и препаратов из лекарственного растительного сырья, которые сейчас активно поступают на российский рынок, являются Китай и Индия. Мы приобрели один из таких препаратов, который, как описывалось, был изготовлен исключительно из растительного сырья и помогал от боли в суставах, и исследовали в своей учебной лаборатории. Нас заинтересовало присутствие в составе белых кристалликов, видимых невооруженным глазом. Студенты вручную их отбирали, под микроскопом очищали и исследовали на аналитическом оборудовании. Это оказалась ацетилсалициловая кислота. То есть в растительный экстракт была добавлена очень дешевая субстанция, чтобы усилить его действие или вообще вызвать его. После этого мы обратились к мировой научной базе. Надо отметить, что благодаря финансовым вложениям университета весь преподавательский состав и студенты нашего университета имеют бесплатный доступ к англоязычным полнотекстовым источникам мировой библиотеки. Там мы нашли труды американских ученых, которые также исследовали препараты из Китая. Выяснилось, что даже солидные производители якобы полностью растительных средств добавляют в них субстанции с заведомым эффектом. Допустим, в препараты, которые помогают при патологии желудочно-кишечного тракта, добавляется фамотидин – синтетический препарат для лечения заболеваний желудка и 12-перстной кишки. А в афродизиаки – силденафил – препарат для лечения нарушения эрекции. И помогает ведь. Люди думают, что они применяют безопасное растительное средство, а на самом деле – растительное средство с виагрой.
– Получается, что лечение травами – это фикция?
– Фитотерапия – это хороший метод, который можно использовать как для лечения, так и для профилактики. Растительные препараты (за исключением тех, в которых содержатся сильнодействующие вещества) имеют более мягкий отдаленный эффект, начинают действовать примерно через две недели. Сейчас общество стареет, и очень нужны растительные препараты, которые бы помогли сделать старость качественной, полноценной, активной, здесь стоит на фитотерапию обращать внимание. А вообще большинство лекарственных препаратов изначально были разработаны на основе растений. Та же ацетилсалициловая кислота, ее природным «прототипом» был салицил из ивы, который при приеме внутрь оказывал очень сильный ульцерогенный эффект, вплоть до образования язвы желудка и кровотечения. Потом химики улучшили молекулу, снизив этот побочный эффект.
– Есть такое мнение, что в скором времени такие дешевые препараты, как йод, исчезнут из аптек. Такое возможно?
– Аптека выполняет прежде всего социальную роль. Есть список жизненно важных и необходимых лекарственных средств, на которые торговая надбавка должна быть минимальная, то есть они должны быть дешевые. Но аптеки существуют в жестких экономических условиях, они платят налоги и арендную плату. Социальная роль позиционируется, а аптекам не предоставляют экономической мотивации по ее выполнению, им невыгодно закупать дешевые препараты, а если так, то заводам невыгодно их производить. Экономические законы никто не отменял. Однако есть и другой нюанс. Что может заменить йод? Ничего. Поэтому если есть спрос, будет и предложение. Выходом из ситуации могло бы стать разрешение в аптеках мелкосерийного производства лекарств, но опять же важно, чтобы оно было рентабельным, приносило прибыль.
– В прошлом году в разгар пандемии в аптеках не оказалось препаратов для лечения коронавируса, почему так произошло и как этого избежать в дальнейшем?
– Во первых, стоит отметить, что вся мировая фармацевтическая промышленность оказалась не готова к лечению новой коронавирусной инфекции. Отсутствие препаратов для симптоматического лечения было порождено ажиотажным спросом. Производство лекарственных препаратов касается вопросов национальной безопасности. Чем больше будет производств нулевого цикла на собственной территории, тем стабильнее будет ситуация и с лекарственной безопасностью. Мы должны у себя в стране получать субстанцию (действующее вещество), делать из него лекарственную форму, упаковывать и реализовывать на нашей территории. Так было в доперестроечные времена, когда мы вполне достойно обеспечивали себя препаратами сами. К сожалению, в 90-е годы рынок субстанций был утерян. Не далее чем шесть лет назад 80 % ассортимента аптеки составляли зарубежные препараты. В 2014 году была разработана программа по развитию собственной фармацевтической промышленности, которая ставит цель за 10 лет увеличить долю лекарственных средств отечественного производства на российском рынке свыше 50 %. Это требует наращивания производственных мощностей фармпромышленности и кадрового обеспечения грамотными специалистами. От этого и наша специальность становится более востребованной.
Наталья Чебакова