Поиск

Первый спектакль фестиваля «Золотая маска» в Омске «Страсти по Фоме» Театра Наций в постановке Евгения Марчелли прошел с аншлагом.

Специальная программа «Достоевский и театр» фестиваля «Золотая маска» в Омске состоит исключительно из постановок по произведениям классика. «Страсти по Фоме» – это инсценировка хорошо известного омичам режиссера Евгения Марчелли в Театре Наций по повести Достоевского «Село Степанчиково и его обитатели». Спектакль «Страсти по Фоме» и открыл фестиваль «Золотая маска» в Омске. 

Омичи очень хорошо реагировали на то, что происходит на сцене Омской драмы. Такой отклик не прошел незамеченным для артистов. Об этом, в частности, шла речь на встрече с творческой группой спектакля.

– Такой наивности и предрасположенности зрительской, как в Омске, в Москве на спектакле «Страсти по Фоме» не было. Москвичи не могут так радоваться в зрительном зале, так сопереживать, сочувствовать и откликаться, как омичи. Хоть ты тресни! – признался народный артист России, исполнитель роли Фомы Опискина Авангард Леонтьев. – Добродушный, отзывчивый зритель – это не фигура речи. Спектакль «Страсти по Фоме» первый раз выехал за пределы Москвы. Публика, приходящая в Театр Наций, тяжело смеется, скупа на отклик. А почему так важно, чтобы зритель смеялся? Это обратная связь, она очень нужна артистам. Связь с омским зрителем получилась очень непосредственная.

Известный еще с советских времен артист сделал акцент на том, что «Страсти по Фоме», как и первоисточник «Село Степанчиково и его обитатели» – это комедия. Достоевскому, вслед за Гоголем, захотелось высмеять определенные мотивы и модели поведения.

– Мне кажется, что Евгению Марчелли хотелось сохранить смешное. Есть такой штамп, что «Село Степанчиково» – это что-то мрачное, тяжелое. На самом деле, все, что творится с полковником, с окружающими (кроме племянника – он нормальный человек), очень смешно. Фоме Опискину подчиняются, понимая, что это демагогия. Но делают вид, что и так можно. И всем хорошо: один разводит демагогию, другие слушают, – рассуждает Авангард Леонтьев. – Ну дадим возможность одному побыть тираном. Достоин он этого или нет – неважно. Но мы поверили, что достоин, и мы будем подчиняться, и все будет хорошо. Вот Опискин и расцвел на фоне всеобщего смирения. Сам же Достоевский показал очень хороший пример, стоит ли верить в демагогию, или все же – гнуть свою линию. Он гнул свою. Писал так, как ему хочется. И победил. Спасибо и Омской земле за то, что она ковала таких несгибаемых людей.

Конечно же, всегда встает вопрос, настолько произведение, написанное в позапрошлом веке, актуально сейчас. Что именно отражается сегодня?

– Мне кажется, что наш спектакль – это маленькая модель России, нашей страны, в разные ее времена. Непонятно, почему люди подчиняются, и им это нравится. Какой-то мазохистский кайф испытывают от этого, – отметил исполнитель роли племянника Олег Отс. – Удивительно, что Федор Михайлович еще в середине XIX века написал именно такую картину русской жизни. Очень русская модель поведения у наших героев.

Кроме Евгения Марчелли, к спектаклю «Страсти по Фоме» приложил руку еще один бывший «омич», заслуженный артист России Владимир Майзингер, несколько лет служивший в Омской драме. Он исполняет роль полковника Егора Ильича Ростанева. Этот здоровенный вояка в отставке почему-то все время пасует перед тщедушным, неприятным Фомой Опискиным, который когда-то был шутом, но почему-то занял место в доме на равных и взял верх.

– Модель поведения полковника – удовольствие от подчинения. Он знает про себя, что тюфяк. И не противостоит Опискину. Или пытается это сделать, но у него не получается. Одно дело – поле брани. А вот когда надо настоять на своем, то какой-то казуистикой, демагогией очень легко доказать, что он как будто бы не прав. При этом он умный, все понимающий, – говорит Владимир Майзингер.

Театровед Ольга Никифорова напомнила, что «Село Степанчиково и его обитатели» Достоевский начинал писать в Омске. Это произведение называли «русским Тартюфом».

Как написал сам Марчелли в аннотации к спектаклю: «Надо, чтобы зритель ахнул: да это же про меня! Да, это я! Почему я подчиняюсь, зачем? Не умею воевать, не умею побеждать, а если побеждаю, то через пять минут жалею, что победил. Это такое ощущение бесконечной вины, необъяснимое словами. В этом для меня и есть основной магнит. Ведь вызови им всем психолога, психоаналитика – все пропало! Будет диагноз, а пьесы не будет!»

Омская публика с восторгом встретила «Страсти по Фоме» и признала, что спектакль действительно получился «про нас».

Первый спектакль фестиваля «Золотая маска» в Омске «Страсти по Фоме» Театра Наций в постановке Евгения Марчелли прошел с аншлагом.

Специальная программа «Достоевский и театр» фестиваля «Золотая маска» в Омске состоит исключительно из постановок по произведениям классика. «Страсти по Фоме» – это инсценировка хорошо известного омичам режиссера Евгения Марчелли в Театре Наций по повести Достоевского «Село Степанчиково и его обитатели». Спектакль «Страсти по Фоме» и открыл фестиваль «Золотая маска» в Омске. 

Омичи очень хорошо реагировали на то, что происходит на сцене Омской драмы. Такой отклик не прошел незамеченным для артистов. Об этом, в частности, шла речь на встрече с творческой группой спектакля.

– Такой наивности и предрасположенности зрительской, как в Омске, в Москве на спектакле «Страсти по Фоме» не было. Москвичи не могут так радоваться в зрительном зале, так сопереживать, сочувствовать и откликаться, как омичи. Хоть ты тресни! – признался народный артист России, исполнитель роли Фомы Опискина Авангард Леонтьев. – Добродушный, отзывчивый зритель – это не фигура речи. Спектакль «Страсти по Фоме» первый раз выехал за пределы Москвы. Публика, приходящая в Театр Наций, тяжело смеется, скупа на отклик. А почему так важно, чтобы зритель смеялся? Это обратная связь, она очень нужна артистам. Связь с омским зрителем получилась очень непосредственная.

Известный еще с советских времен артист сделал акцент на том, что «Страсти по Фоме», как и первоисточник «Село Степанчиково и его обитатели» – это комедия. Достоевскому, вслед за Гоголем, захотелось высмеять определенные мотивы и модели поведения.

– Мне кажется, что Евгению Марчелли хотелось сохранить смешное. Есть такой штамп, что «Село Степанчиково» – это что-то мрачное, тяжелое. На самом деле, все, что творится с полковником, с окружающими (кроме племянника – он нормальный человек), очень смешно. Фоме Опискину подчиняются, понимая, что это демагогия. Но делают вид, что и так можно. И всем хорошо: один разводит демагогию, другие слушают, – рассуждает Авангард Леонтьев. – Ну дадим возможность одному побыть тираном. Достоин он этого или нет – неважно. Но мы поверили, что достоин, и мы будем подчиняться, и все будет хорошо. Вот Опискин и расцвел на фоне всеобщего смирения. Сам же Достоевский показал очень хороший пример, стоит ли верить в демагогию, или все же – гнуть свою линию. Он гнул свою. Писал так, как ему хочется. И победил. Спасибо и Омской земле за то, что она ковала таких несгибаемых людей.

Конечно же, всегда встает вопрос, настолько произведение, написанное в позапрошлом веке, актуально сейчас. Что именно отражается сегодня?

– Мне кажется, что наш спектакль – это маленькая модель России, нашей страны, в разные ее времена. Непонятно, почему люди подчиняются, и им это нравится. Какой-то мазохистский кайф испытывают от этого, – отметил исполнитель роли племянника Олег Отс. – Удивительно, что Федор Михайлович еще в середине XIX века написал именно такую картину русской жизни. Очень русская модель поведения у наших героев.

Кроме Евгения Марчелли, к спектаклю «Страсти по Фоме» приложил руку еще один бывший «омич», заслуженный артист России Владимир Майзингер, несколько лет служивший в Омской драме. Он исполняет роль полковника Егора Ильича Ростанева. Этот здоровенный вояка в отставке почему-то все время пасует перед тщедушным, неприятным Фомой Опискиным, который когда-то был шутом, но почему-то занял место в доме на равных и взял верх.

– Модель поведения полковника – удовольствие от подчинения. Он знает про себя, что тюфяк. И не противостоит Опискину. Или пытается это сделать, но у него не получается. Одно дело – поле брани. А вот когда надо настоять на своем, то какой-то казуистикой, демагогией очень легко доказать, что он как будто бы не прав. При этом он умный, все понимающий, – говорит Владимир Майзингер.

Театровед Ольга Никифорова напомнила, что «Село Степанчиково и его обитатели» Достоевский начинал писать в Омске. Это произведение называли «русским Тартюфом».

Как написал сам Марчелли в аннотации к спектаклю: «Надо, чтобы зритель ахнул: да это же про меня! Да, это я! Почему я подчиняюсь, зачем? Не умею воевать, не умею побеждать, а если побеждаю, то через пять минут жалею, что победил. Это такое ощущение бесконечной вины, необъяснимое словами. В этом для меня и есть основной магнит. Ведь вызови им всем психолога, психоаналитика – все пропало! Будет диагноз, а пьесы не будет!»

Омская публика с восторгом встретила «Страсти по Фоме» и признала, что спектакль действительно получился «про нас».

2815Ольга Ложникова