С благотворительностью у нас что-то не так: в кризис начали жертвовать больше, но нуждающиеся в помощи люди этого почему-то стыдятся.
Репрессии для волонтеров
О странном синдроме заставила призадуматься история, произошедшая недавно с группой омских волонтеров. Задумка молодых людей была проста: собирать по списку продукты питания и вручать их пожилым омичам. Суммы были нужны совсем не космические, а результат налицо – и внимание старикам уделили, и жизнь им чуть-чуть облегчили. Акция не была приурочена ни к каким конкретным компаниям и ничего не рекламировала. Продукты собирались через социальную сеть «ВКонтакте», туда же выкладывались фотографии стариков, к которым волонтеры приезжали в гости.
Но не прошло и месяца с начала акции, как благотворителям пригрозили судом. А до этого сотрудничавшая с ними ветеранская организация в дальнейшем отказалась идти на контакт.
Нет, никакого криминального второго дна у благотворителей не было. За «репрессиями» стояли родственники одного из престарелых омичей, к которому волонтеры приехали в гости. Поводом для нападок стала фотография пожилого человека, опубликованная в интернете без согласия родственников. Но было ли это реальной причиной?
– За 28 дней мы собрали средства для пятнадцати пенсионеров, – рассказала РИА «Омск-Информ» Анна Иванова, соорганизатор проекта. – Конечно, хотелось бы продолжить акцию, но мы все же решили ее свернуть. Хотя люди были нам рады... Нет, мы будем пытаться помогать старикам и дальше, но уже без огласки.
За пригоршню долларов
В сравнении с 90-ми благотворительность в России понемногу начинает восприниматься нормально. Уходят в прошлое громкие дела, в которых собранные деньги уходили налево. Исчезает и точка зрения, согласно которой безвозмездная помощь – это не для нас, смертных, это замаливание олигархами своих бандитских грехов. Но настороженный менталитет и воспоминания все-таки дают о себе знать: увы, прежде чем помочь или принять помощь, мы будем искать подвох – внимательно и на расстоянии.
Наши соотечественники проводили эксперимент – отслеживали реакцию россиян и американцев на человека, которому внезапно стало плохо. Ситуацию моделировали на улицах Москвы и Майами: прилично одетый молодой человек хватался за грудь и падал на асфальт в людном месте. Увы и ах, для нас результаты оказались грустными – если в Штатах к упавшему бежали сразу, то москвичи проходили мимо, иногда оглядываясь. Первая девушка, поинтересовавшаяся о самочувствии упавшего человека, появилась только через сорок минут с начала эксперимента!
В тех же Штатах с 1962 года работает клиника Святого Иуды – одна из самых крупных в мире больниц, специализирующаяся на лечении лейкозов (так называемого рака крови) у детей. Клиника была создана на деньги, собранные по инициативе американского комика Дэнни Томаса, и на протяжении всей своей истории существовала только на благотворительные пожертвования. Между прочим, день содержания этой больницы обходится более чем в миллион долларов. Что самое интересное: средний размер пожертвования, на которые содержится гигантский медицинский комплекс – 17 долларов. Возможно ли такое у нас?
Чудеса случаются
Хочется верить, что возможно – мы же на самом деле не такие черствые и равнодушные. Просто обжегшиеся на киселе. Сегодня благотворительных акций у нас становится все больше, но по понятным причинам в первую очередь успехом пользуются максимально прозрачные мероприятия. Например, на прошедшей недавно выставке собак «Крутой дворянин» даже в кризисное время удалось собрать рекордные для этой акции 100 тысяч рублей для больного ребенка. Выходит, никуда добрые люди не делись. И даже махровому скептику было понятно, что места для какого-нибудь обмана мало: вот люди, сдающие деньги, вот – больная девочка. При всех посчитали, вручили – доброе дело сделано.
Десять лет назад, летом 2005-го, один волонтер написал в «Живом журнале» о том, что у десятилетнего жителя Калуги Димы Рогачева (четвертый рецидив лейкоза, надежды практически нет) есть мечта – поесть блинов с Владимиром Путиным. Другой человек переслал это сообщение своим знакомым – сотрудникам Администрации Президента. Через полтора месяца Путин приехал в больницу к мальчику сам, с блинами. В результате той встречи было принято решение о строительстве детского гематологического центра. Несмотря на то, что Дима не дожил до его открытия, медицинское учреждение помогло спасти десятки детских жизней. Потому что чудеса случаются.
Культуры нет...
Выходит, дело не в том, что мы не готовы делать добро – просто у нас не сформировалась культура благотворительности. Взять ту же просроченную еду, которую за рубежом давно раздают бездомным, а у нас утилизируют. По данным Росстата, у нас ежегодно выбрасывают почти по два миллиарда тонн непроданных продуктов – а это почти 35 процентов от произведенного.
В американских кафе международной сети KFC, заведения которой есть и у нас, давно существует расписание бесплатных обедов. А наши рестораторы, видимо, боятся, что люди перестанут покупать бургеры за деньги. Та же картина и с продуктовыми магазинами – нельзя позволить себе продавать еду за бесценок, иначе конкуренты задавят за такой демпинг. И это тоже показатель отсутствия культуры. В Европе принято за день до истечения срока годности передавать продукты волонтерам. И, надо думать, никто от этого не разорился. Более того, налаженная инфраструктура благотворительности в некоторой степени даже облегчает работу торговой сети – не надо заниматься утилизацией, нагрузка ложится на волонтеров.
Впрочем, по мнению самих благотворителей, ситуация коренным образом не изменится до тех пор, пока не появятся механизмы государственного стимулирования волонтерства и не исчезнут бюрократические преграды. А в нынешних условиях омичи нашли свое решение – просто помогать нуждающимся и не светиться.
Анатолий Сергеев