Военнослужащие, которые находились в казарме, сначала приняли ее обрушение за падение шкафа, а некоторые из них буквально «воскресли».
После траурных мероприятий, которые прошли сегодня в 242-м учебном центре ВДВ, где 40 дней назад погибли 24 десантника, омским журналистам предоставили возможность пообщаться с солдатами – очевидцами трагедии, которые в момент обрушения находились в злополучной казарме.
Руководство учебного центра специально «подготовило» четверых солдат, с которыми смогли пообщаться журналисты. При этом офицеры внимательно слушали, о чем говорят их подчиненные, видимо, чтобы никто из военнослужащих не сказал ничего лишнего.
– Живем в классе для хранения и разборки парашютов. Там все оборудовано, все условия созданы – есть умывальник, туалет, правда, на улице, – рассказал уроженец Удмуртии 20-летний Марк Лебедев.
По словам солдата, месяц после трагедии его взвод жил в палатках, а затем их переселили в ангар для учебных занятий по сборке и хранению парашютов. Вспомнил десантник и тот страшный вечер 12 июля, когда обрушилась казарма. Впрочем, рассказал подробности трагедии он по-военному кратко и спокойно.
– Ничто тогда не предвещало беды, не было ни шума до обрушения, ни треска. Мы были на четвертом этаже. Почувствовали шум, не было никакого треска. Подумали, что упал шкаф. Потом была пыль. Мы выбежали в нижнем белье и увидели, что казарма обрушилась. Сначала даже не был понятен масштаб разрушений. Нас отвели в клуб, где выдали обмундирование. В спасательных работах участия мы не принимали, – пояснил военнослужащий.
После того, как солдаты покинули казарму и получили обмундирование, им дали возможность созвониться с родственниками и сообщить о себе. Для Марка Лебедева это было особенно важно, поскольку его однофамилец оказался под завалами и погиб.
– Позвонил родителям, сообщил, что со мной все хорошо. Они уже знали, что я нахожусь в списке пропавших без вести. Но я их успокоил, – сказал Лебедев.
По словам Марка Лебедева, многие его сослуживцы считают 12 июля вторым днем рождения, поскольку все они могли оказаться на месте обрушения, ведь казарма могла обрушиться в любом месте.