Игорь Гайдай высказал свою точку зрения на то, как на самом деле делался ремонт в казарме. Свои слова он готов подтвердить официально.
Псковское издание «Курьеръ» опубликовало интервью с местным жителем Игорем Гайдаем, который был задействован на ремонте казармы в 242-м учебном центре ВДВ в Омске, которая рухнула 12 июля, погребя под завалами 24 солдата-срочника. По мнению Гайдая, к трагедии привел некачественный ремонт казармы.
Пскович прибыл в Омск в 2013 году и на стройке в поселке Светлый был задействован в качестве разнорабочего. По его словам, как только он начал исполнять свои обязанности, в глаза сразу бросились многочисленные нарушения технологии строительства, причем руководство стройки на замечания не реагировало. Работников «кидали», одни сменялись другими. Среди них были алкоголики, наркоманы и иностранцы, делится воспоминаниями строитель.
– Бараки изначально оказались ветхими. Пни ногой кирпичину – развалится вся стена. Монолит из штукатурки нельзя было вообще трогать! В нем – ведро цемента на ведро песка, никакими отбойниками не справиться. Перфораторы горели, как свечи, так мы тогда кувалдами отбивали эту штукатурку. Вдобавок наши прорабы стали в казармах строить комнаты. Если раньше стояло 100 кроватей, то теперь их разделили перегородками для проживания контрактников. Представляете, сколько там тонн бетона на потолки, перегородки и полы вбухано?! И все держится на «куриных ногах». Но их закрыли гипсокартоном, – рассказывает Гайдай.
Кроме того, строитель из Пскова вспомнил случай, когда в казарму с проверкой приехал военный прокурор. Здесь разыгрался целый спектакль.
– Прокурор поднимался по лестнице в одном подъезде, а мы неслись в другой, так как перегородок внутри не было. Бегали, как лошади, и из казармы в казарму. Массовость создавали, чтобы прокурор видел, что вокруг работа кипит. И мы все что-то там терли и скребли лопатами. Делали вид, что работаем. Казармы тогда были пустые, никого из солдат не было, – отметил строитель.
В итоге Игорь Гайдай решил со стройки уволиться, но деньги ему до сих пор так и не заплатили. Свои слова он готов подтвердить, если ими заинтересуются компетентные органы. Рассказать же подробности он решил после того, как узнал о смерти десантников.