Корреспондент РИА «Омск-Информ» попытался понять, почему вчерашний хозяйственник с готовностью взялся за работу контролера от государства.

Собственно хронология выглядит следующим образом. В 2003 году Виктор Лаутеншлегер (на фото) стал собственником бывшего колхоза им. Василия Чапаева в Кормиловском районе и возглавил в деревне Веселый Привал ООО «Русское зерно». В середине 2010 года это хозяйство Лаутеншлегера обанкротилось. В 2011-м Виктор Иванович был назначен заместителем руководителя Управления Россельхознадзора по Омской области, а в апреле 2013-го стал исполнять обязанности уже руководителя Управления Россельхознадзора. И последнее. В феврале 2014 года следственный комитет предъявил Виктору Лаутеншлегеру обвинение в мошенничестве, в результате которого, по мнению следствия, бюджету причинен ущерб в общей сумме 3,7 млн рублей.

Ну а теперь слегка углубимся в эту хронологию. В Веселом Привале Виктор Иванович начинал энергично и за здравие. Закупил и завез скот, открыл рабочие места, поднял надои. Одновременно вел реконструкцию коровников, не забывая о «социалке», даже помогал местной власти чистить улицы.

– Хозяйство он принимал, когда оно лежало на боку, – рассказывает глава Новосельского сельского поселения Алексей Коваль. – Но Лаутеншлегер погасил людям долги по зарплате, не скупился оплачивать земельные паи зерном, отрубями, мукой. На фермах появились современные технологии по доению скота. И надои были неплохие. А потом все стало валиться. Пошли задержки по зарплате, молоко в объемах упало, народ начал разбегаться.

А затем, как рассказывает Алексей Николаевич, пошел сброс скота. Сегодня и здесь нельзя не согласиться с главой поселения, если молоком не заниматься плотно, результата не будет. Сокращение поголовья, естественно, ведет к снижению объемов молока, а это, в свою очередь, вызывает сокращение доходов и, как следствие, задержки по зарплате.

Задержки и пошли – до трех месяцев доходили. Люди стали разбегаться, а хозяйство, набирая обороты, пошло вразнос. И тут уже проблемы пошли одна за другой. Бывшая заведующая фермой Ольга Фоменко вспоминает, как зимой «полетел» водопровод.

– Воду возили молоковозом из Кормиловки, – говорит Ольга Михайловна. – Но этого было мало, скот оставался недопоенный. И молока стало меньше. И зарплаты тоже.

Виктор Лаутеншлегер, видя, как падает предприятие, кинулся в кредиты, которые, однако, чем больше, тем меньше спасали. Может быть, эти долги он и пытался скинуть, устроив перерегистрацию «Русского зерна» в «Русское поле»? Но этот ход нужных результатов не принес – поголовье по-прежнему падало. Вот как говорит об этом глава поселения Алексей Коваль: «Лаутеншлегер взял хозяйство на боку и отдал на боку. Поначалу-то сдвиги были, но за счет каких средств – не знаю». И этого не знает, похоже, никто.

Правда, вот работавший в хозяйстве и ушедший из него в фермеры Александр Коржов уверен, что Лаутеншлегер взялся за молочное производство только ради отмывания денег. И якобы он слышал такой разговор. Поскольку мы его не слышали, не станем предавать этим словам какого-либо значения. Лучше послушаем Александра Коржова еще.

– Когда Лаутеншлегер пришел, – говорит фермер, – мы все обрадовались. Работа началась, зарплата пошла, ожила деревня. А потом пошли задержки по зарплате, скот все больше пошел на мясокомбинат, народ стал воровать.

Александр также считает, что финансовое положение хозяйства пошатнулось из-за страсти Виктора Ивановича к кредитам. «Кредитов набрал и не платил по ним, – сказал Коржов. – А потом и вовсе перестал появляться на работе».

Это, кстати, отметил и бывший главный агроном хозяйства Александр Ратушин.

– Если тут работаешь, то и жить надо здесь, – говорит Александр Яковлевич. – Как можно руководить из города? Там солнце, тут снег… Какой толк?

Вот и Ольга Фоменко считает, что Лаутеншлегер просто руки опустил.

Так почему все же рухнуло предприятие? Глава поселения Алексей Коваль говорит, что не знает истинных причин, почему обанкротилось хозяйство. Может быть, предполагает он, кредиты задавили, финансовой грамотности не хватило.

Может быть. Правда, грамотности хватило, чтобы разрезать весь металл и сдать его в лом. Александр Коржов сам видел, как металл вывозили машинами. Это Виктор Лаутеншлегер так свои деньги спасал?

– И где теперь коровы в деревне? – задается вопросом Александр Ратушин. – Где вообще коровы в районе? Нет их, совсем нет.

Конечно, Виктор Лаутеншлегер своим неудачным (это если мягко говорить) хозяйствованием тоже этому поспособствовал. И не вышел из него крепкий сельхозруководитель, каких в области немало. Но у нас, как выясняется, это не беда. У нас все иначе: развалил свое хозяйство – пожалуй на руководящую работу. И теперь Виктор Иванович гордо стоит во главе Омского Россельхознадзора, приглядывает за другими, а если что, то и одергивает.

Правда, пока Следственный комитет одернул самого Лаутеншлегера, считая, что, возглавляя «Русское зерно», при реконструкции коровника на 600 голов он умышленно отразил в бухгалтерском учете предприятия и налоговой декларации заведомо ложные сведения о выполнении работ и оказании услуг со стороны фирм-однодневок.

Но пока это только предположения следствия, а не доказанная вина. Но вот не дает покоя вопрос: как можно доверять человеку, развалившему свое хозяйство, контролировать чужие? Где здесь хоть какая-то логика?

Кирилл Садовников