В минувший понедельник возле редакции телекомпании BBC в Глазго прошла многотысячная акция протеста. Сторонники независимости Шотландии обвинили ресурс в пропаганде, которая выразилась в запугивании шотландцев высосанными из пальца экономическими проблемами, которые возникнут у них после отсоединения от Британии. Демонстранты утверждают, что соответствующие эфиры ВВС организованы по заказу правительства с целью снизить явку на референдум.

Опля. Это как это можно понимать? Такая вся из себя свободная Великобритания, что ни на есть с самой суверенной (после США, конечно) демократией, и пропаганда? Как это в принципе может быть, что под сурдинку, пошленько так, самая независимая из независимых ВВС занимается тем, в чем обвиняет страны с авторитарным режимом и управляемой демократией, в числе которых на первое место до сих пор ставит Россию? То есть «распространяет взгляды, факты, аргументы и другие сведения, в том числе слухи или заведомые ложные данные, для формирования общественного мнения»?

Тема, в свете известных событий, актуальная для нас. Не Шотландии тема, конечно, не ВВС. Сейчас модно стало кричать о недопустимости любой пропаганды, о том, что это первый признак явного или скрытого авторитаризма, что только «ватники» и «лохи вислоухие» кушают это блюдо, а им, гуру продвинутым, уж «невозможно быть собой и хочется сойти с ума, когда с беременной женой», понимаешь, «идет безрукий в синема».

Да, как средство политической манипуляции пропаганда – это не совсем хорошо. Но говорить о ее недопустимости при участии государства в любых сферах – полнейший бред. Не надо далеко ходить. Пропаганда здорового образа жизни необходима? Да. Антикриминальная пропаганда (развитие системы правового воспитания) нужна? Безусловно. И так далее, и тому подобное. Даже пропаганда морального облика строителя капитализма, как выяснилось, тоже достаточно актуальна. Естественно, последней заниматься должны какие-то гражданские институты, а с тем, что первые два – святая обязанность государства, думаю, спорить никто не станет. Но ведь такая пропаганда не вызывает бурю эмоций адептов «чистой демократии», поэтому возвратимся к пропаганде политической.

Политическая пропаганда явно или скрыто была и существует везде. Политик и издатель Жюль Валлес (если не ошибаюсь) произнес по этому поводу крылатую фразу. «Никогда не следует хорошо говорить о себе, – сказал он, готовя сопротивление республиканцев к госперевороту, – следует это печатать». Даже США, самая «демократическая» страна во вселенной, над этим серьезно работает, невзирая на то, что в тридцатых годах всерьез рассматривала пропаганду как угрозу для политической системы. Периодически в политических манипуляциях обвиняются крупнейшие телекомпании NBC, CBS и ABC, а то, что планам распространить «войну идей» на популярные сайты, блоги и чаты в 2008-м был посвящен доклад замгоссекретаря Джеймса Глассмана, – штука общеизвестная. А ведь там, считается, суверенная демократия, а не какая-то там, типа управляемая, имитационная.

Вообще, по поводу терминологии «управляемая демократия» существуют значительные разногласия. Например, в США и Евросоюзе принято за классику, что «управляемая демократия» присутствует в странах с формально демократическим законодательством и внешней видимостью выборных процедур, но, по сути, население в управлении государством не участвует. Страны же, которые в этом обвиняют, говорят, что «управляемая демократия» – это как раз та демократия, которая означает внешнее управление со стороны тех же США. Поэтому и противятся так граждане вышедших из-под гнета самовластья режимов и начавшие демократические преобразования вмешательству Старшего Американского Брата. Сами через это прошли. В начале 90-х в позу краба поставили нашу экономику, мы лишились способности проводить авторитетную внешнюю и внутреннюю политику, зато «демократические механизмы» идеально использовали криминал и денежные мешки, практически покупавшие должности во власти. Еще год-два, и народ пошел бы по сарайкам за вилами. Или это тоже пропаганда?

С другой стороны, российская власть и не отрицает, что на сегодняшний день в стране остались признаки управляемой демократии в той самой, классической трактовке и, соответственно, политическая пропаганда. Но позиция ее такова – все должно быть в свое время, а пока этот процесс необходимо корректировать. И, по мнению многих политологов, эволюция управляемой демократии в России находится на завершающихся фазах. Почему? Заведующий кафедрой прикладной институциональной экономики экономического факультета МГУ Александр Аузан оригинально сравнил ее с попыткой управлять поведением людей путем изменения не погодных условий, а показаний градусника. То есть, если на улице 23 градуса, а вам скажут, что 19, – ничего страшного не произойдет. Но если вам скажут, что минус три – у власти начнутся проблемы. Возможен сегодня «волшебник» Чуров образца 2011 года? Очевидно – нет. Температура медленно поднимается к 19-ти и новости по «России-2» уже мало кто смотрит.

На самом деле, только ленивый не поумничал на тему пропаганды и контрпропаганды по поводу Украины, где, ясное дело, пропагандисты – «пропутинские» СМИ, а контрпропагандисты – СМИ «непропутинские». Мне тоже лень. Просто интересен уровень риторики. «Пропутинские», в принципе, могут и соврать (или в принципе соврать), но как бы с большой натяжкой, все-таки пытаются создать видимость журналистской работы. Называющие себя «независимыми» делают проще – или сами, или вытаскивая нужного человека просто говорят: этот – тиран, враг народа, все в стране украл, скоро сбежит. Это антипропаганда чего? Я не большой поклонник Путина, но простите уж, попало под руку – в 1941-м году по позициям нашей армии немцами разбрасывались листовки. «Не проливай свою кровь за Сталина! Он уже убежал в Самару! Его собственный сын уже сдался в плен! Если сын Сталина спасся, ты также не должен жертвовать собой!» – было написано в них. Кто в этом сравнении больше подходит под определение «пропагандист»?

Кстати, «ватники», как предположил один политолог, конструкция продуманная, бьющая по честолюбию россиян. Мол, кому захочется прослыть эдаким замшелым пнем, не разбирающимся в истинных ценностях демократии. Тонко? Тонко. Глядишь, побоится выразить свою точку зрения. А там, где страх, там надежда. Этот же политолог, комментируя почти единогласную поддержку Путина, озвучил еще одну интересную мысль. «Почему, – задался он вопросом, – большинству населения России в голову не приходит назвать «режим Путина» авторитарным?» «Может, потому, – ответил он на него сам, – что для людей этот режим авторитетный?»

Может статься, если прав политолог, затянется наша управляемая демократия на неопределенное время. Плохо это? Не знаю. Но все переменится только в одном случае – когда свой выбор, отвлекшись от заготовок на зиму, пойдет делать не только административный ресурс. Ведь «плохие власти выбираются хорошими гражданами, которые не голосуют». Джордж Нейтан сказал.