«РЕЖИССЕРЫ БОЯЛИСЬ КО МНЕ ПОДСТУПАТЬСЯ»
- Вы как-то признались, что в 90-х почувствовали себя свободней как актриса: в советское время вас ассоциировали с героинями русской классики, а тут разглядели и другие грани вашего таланта. Сегодня вы чувствуете эту свободу?
- Знаете, меня неправильно интерпретировали. Да, так случилось, что мои самые известные роли в советском кино связаны с классикой: «Отелло»,«Война и мир»… Но были и другие фильмы, в которых мне не нужно было надевать корсет и играть даму минувших столетий. Я никогда не жаловалась на свою актерскую судьбу - ролей сыграла достаточно, их нельзя назвать однообразными. Но в 90-х многое изменилось. Мою жизнь вообще можно разделить на два периода - до смерти Сергея Бондарчука и после. Для меня это было страшное горе. Оно, как известно, не красит человека. И мои близкие и друзья советовали начать много сниматься. Я послушалась. Стала играть в комедиях, сериалах. На все это я соглашалась, чтобы чем-то забить голову. Так что, да, в последние несколько лет я действительно играю более разноплановые роли.
- Многие режиссеры раньше боялись к вам подступаться из-за того, что вы были женой главного режиссера СССР?
- Да, Бондарчук был моим мужем, и это были самые счастливые годы в моей жизни. Когда мы отправлялись с ним на съемки, у меня начинались настоящие каникулы. Потому что мы были вместе, но мне не нужно было отвечать за быт, думать об обедах и ужинах. И другие режиссеры даже не пытались предложить мне сыграть в своих фильмах.
И все-таки не нужно думать, что у нас был союз, похожий на союз Александрова и Орловой. Александров ведь не хотел, чтобы его жена снималась у кого-то еще. Бондарчуку Скобцева нужна была только там, где, кроме нее, никто не может сыграть. Я очень редко получала у него роли без проб. Например, на роль Элен в «Войне и мире» он попробовал всех актрис-красавиц СССР. И я получила эту роль в честной конкуренции.
«ЖАЛЕЮ, ЧТО НЕ ОТГОВОРИЛА МУЖА ОТ «ТИХОГО ДОНА»
- Можете ли вы применить к себе формулу «муж - голова, а женщина - шея»?
- К сожалению, нет. Я никогда не была сильной женщиной, мне нужны были поддержка и опека со стороны Сергея Федоровича. В нашей с ним жизни было несколько историй, когда я его не отговорила от неправильных решений. Например, с экранизацией «Тихого Дона» было сразу понятно - что-то там нечисто.
Но я видела и его желание снять, вспомнила, что Шолохов очень хотел, чтобы его роман еще раз экранизировал именно Бондарчук… В итоге произошла эта история с продюсерами-мошенниками, которые сначала не дали ему смонтировать отснятый материал, а затем на долгие годы положили его на полку.
- А зависть по отношению к себе много раз чувствовали?
- Никогда не забуду крики, которые стояли, когда мы всей семьей снялись в «Борисе Годунове». Вот, мол, Бондарчук свою жену и детей пропихивает. А разве его дети не талантливые актеры? Я и сейчас сталкиваюсь с этой завистью.
Самый страшный удар был нанесен мне после смерти Алены (дочь Бондарчука и Скобцевой. - Ред.). Через три месяца после ее похорон в прессе начали появляться безобразные откровения актрисы Инны Макаровой (предыдущая жена Бондарчука) и Натальи Бондарчук (старшая дочь Бондарчука. - Ред.). Было очень больно. Но потом я поняла: во-первых, этими интервью они сами себя разоблачают. И, во-вторых, мне стало окончательно ясно, почему Сергей Федорович ушел из этой семьи.
- Федор Бондарчук рассказывал мне, что после смерти отца главой семьи стал он. С тех пор он вас и опекает?
- Сначала они вдвоем с Аленой были у нас главными. Федя очень любил сестру. И во второй раз осиротел, когда Алены не стало... Он ведь после смерти Алены старается не заходить ко мне в квартиру, я сама все время к нему и Светлане езжу. Но он как настоящий любящий сын, конечно, заботится о матери. На него упала грандиозная ответственность, но он с ней справляется.
- Правда, что вы были против, чтобы ваш внук Константин Крюков стал актером?
- Да я и Феде говорила: «Ну зачем тебе это? Тебя с отцом постоянно сравнивать будут».
Но гены ведь не спрячешь. А что касается Кости... Он все детство провел в Швейцарии, и для него мы были просто дедом с бабушкой, он и понятия не имел о том, какая слава была у Бондарчука. Он признался, что полностью осознал, чей он внук, лишь на похоронах деда.
И когда я узнала о том, что Федя собирается снимать его в «9 роте», то была против. К этому моменту у мальчика было хорошее образование в совершенно другой сфере.
А карьера актера - это же так нестабильно... Но хорошо, кстати, что ни Федя, ни Костя меня не послушали.