Большинству из нас еще из школьных учебников по биологии известно, что последнего тура в Европе застрелил какой-то граф в начале XVII века. И в голове сразу закрепляется, что древние туры, от которых пошли все породы коров, обитали только в Европе. Поэтому ты не можешь скрыть удивление, когда слышишь, что в запасниках Омского историко-краеведческого музея находится коллекция из девяти черепов тура - крупнейшая на территории Сибири. Выходит, и у нас эти животные обитали.

Несколько версий

Сам собой напрашивается вывод: если в Европе туры просуществовали до XVII века, то, следовательно, в наших краях, учитывая огромность таежных и степных просторов, возможно, до сих пор где-то бродят незамеченные зоологами стада древних животных.

Однако, по словам заведующей отделом природы Омского краеведческого музея, кандидата биологических наук Вероники Никоновой, встретить тура в Сибири шансов нет: он у нас вымер одновременно с мамонтом.

Почему? Никто не знает. Версий много. По мнению Вероники Геннадьевны, возможно, самая верная из них следующая. Тур, обитавший в Сибири, по своему строению резко отличался от европейского собрата. Эти древние животные, как считают ученые, по массе тела и внешнему облику подразделялись на несколько групп. Наш тур, видимо, оказался менее устойчивым к колебаниям климата.

Согласно второй версии вина в грустном историческом исходе для тура лежит в антропогенном факторе. Если человек каменного века успешно охотился на четырехтонных гигантов-мамонтов, то более скромный по размерам тур, до 800 килограммов весом, являлся и более легкой добычей.

Пресс отрицательных генов

На взгляд автора этого материала, при исследованиях причин сохранения туров на территории Европы в то время, когда на всех пространствах земного шара он уже был полностью истреблен, не учитывается генная теория. Для поясняющего примера обратимся к слонам. Слоны, которые работают на человека, одомашнены лишь наполовину. Потаскав три-четыре часа бревна, а работать дольше эти гиганты не соглашаются ни при каких условиях, и, поев, слоны уходят в джунгли. Общаются со своими дикими собратьями. Случаются любовные романы. Поэтому даже при почти полном истреблении или вымирании какого-то стада, у слонов всегда остается надежда на помощь со стороны окультуренных работой земляков.

В условиях Европы, с ее тенистыми лесами, дикие туры перенимали повадки и получали свежую кровь от домашнего крупного рогатого скота на свободных выпасах, что позволяло им достаточно долго сохраняться в естественной природе.

А последнего тура, кстати, не убили на охоте, как принято считать, он умер в заповеднике. Дело в том, что диких туров европейские графы и князья уже начали брать под защиту. Но европейские владыки не знали основ генетики. Они в заповедниках держали маленькие стада. Пресс отрицательных генов уничтожал туров. Для сохранения полноценного генотипа таких крупных животных целенаправленное разведение можно вести, имея не менее четырехсот голов в наличии. А в графских заказниках паслось по 30-50 животных. Для развлечения охотой хватало, а для сохранения здоровья у животных - нет.

Третий в очереди

А графы и князья любили охотиться на туров. Охота на благородных оленей тоже была в чести, но смотрелась не героически. Олень редко бросался на охотника. Тур же, заслышав охотничий рог, не торопился отступать. Острые, выставленные вперед рога, служили грозным оружием в единоборстве с любым противником. Владимир Мономах в своих летописях вспоминал, как однажды тур два раза валил его на землю вместе с конем.

Тура человек начал приручать третьим по счету в ряду домашних животных. После собаки и овцы. Прирученные туры - это наши коровы. На первый взгляд кажется, что туров одомашнивали ради молока. Но это ошибочное мнение. Молоко взрослые люди древности пить не могли. Человек с возрастом терял лактозу, специальный фермент для расщепления молочного сахара (у большинства взрослых китайцев его и сейчас нет). Туров одомашнивали не ради пищи, а из-за огромной силы. Первые коровы служили тягловыми животными: перевозили грузы, таскали примитивные плуги по первым пашням человека. К молоку люди пристрастились позже. Туров приручать начали десять тысяч лет назад, а молоко пить - через две-три тысячи лет после приручения.

Отбор в первую очередь все же велся по уровню миролюбия в характере. Так из буйных некогда животных получились вполне флегматичные буренки.

А когда же туры, но уже в виде коров, снова появились на сибирской земле? Поздно. По словам известного археолога, директора Омского музея образования Игоря Скандакова, находки костей крупного рогатого скота на стоянках человека в Прииртышье датируются вторым тысячелетием до н. э. Лошади же, которые человеком были одомашнены позже коров, на сибирских землях прописались гораздо раньше.

Климат у нас резко континентальный - снега много. Корове корм из-под наста не достать. А лошадь, с ее крепким копытом, зимой кормилась самостоятельно. Коров разводили только в крупных оседлых племенах, которые имели возможность заготовить сено или какой другой корм, например, в виде веников из тонких прутиков. С изобретением косы, а позже - сенокосилки, поголовье крупного рогатого скота резко выросло. Сегодня на планете насчитывается в общей сложности 1,6 миллиарда голов.

А туров нет ни одного. О их существовании напоминают лишь рисунки средневековых художников да четыре скелета в музеях. А ведь реальная возможность сохранить их до сегодняшнего дня была.

Виктор Гоношилов

Омская Правда