Этот дом сегодня выглядит неброско. Стандартная кирпичная одноэтажка длиной около 40 метров. Пройдешь мимо - и взглядом не задержишься. Глазу не за что зацепиться. А ведь это самый старый из сохранившихся омских домов.

Внешний вид обманчив

 

Тот, кто не обделен даром наблюдательности, обязательно отметит пару штрихов, говорящих о нетривиальной судьбе строения. Так бывает и с пожилыми людьми. Смотришь на иного деда: узлы вен на руках, морщины на лице - и представить не можешь, что когда-то он был первым красавцем в округе. Так вот когда-то и дом №5 по улице Победы своей красотой и современностью проекта не только не уступал лучшим домам Центральной России, но и превосходил многие из них. Правда, тогда он выглядел иначе.

Дом - символ

 

Строительство этого дома - отправная точка витка в истории Омска, превратившего скромную крепость в один из крупнейших городов современной России - город-миллионник.

Города с миллионным населением - экономический и культурный фундамент страны. Жизнь в них пусть и не принимается за счастье, но притягательна, хотя и трудна из-за быстрого ритма. У каждого из них своя линия жизни, каждый к своей сегодняшней судьбе шел собственным, только ему свойственным путем. Что же касается судьбы Омска, то тут лучше всего подходит пословица «Не было бы счастья, да несчастье помогло». Добавим, чужое несчастье.

До середины XVIII века две великие империи, Китайская и Российская, были разделены своеобразной подушкой безопасности - обширным государством западных монголов, известным как Джунгарское или Ойратское ханство. В 1759 году китайцы, в пух и прах разбившие джунгар, провели акцию геноцида, вырезая селения до последнего человека. Пространство на тысячу верст - между руслом Оми и китайской границей - осталось без хозяина.

Парадоксальность ситуации заключалась в том, что на освободившуюся территорию законное право имели две державы: Китай, как победитель, и Россия, которая тридцать лет назад поставила вдоль Иртыша несколько своих крепостей. Укрепления имели незначительные гарнизоны (сотня-две казаков) и несложную задачу: защищать от разбойников главный торговый путь Сибири - Иртыш.

Подготовка к большой войне

 

Как на возможность конфликта отреагировали китайцы, нам неизвестно, зато явным свидетельством реакции России на создавшуюся ситуацию стало появление нового административно-военного центра в Азии - Омска.

Генерал-поручик Иван (Иоганн) фон Шпрингер (?-1771), посланный Екатериной II в 1763 году для подготовки сибирских войск к возможному вторжению противника, главную военную ставку перенес из Ямышевской крепости (ныне село Ямышево, Республика Казахстан) в Омскую. И свой выбор сделал не случайно - на пути китайцев к Тобольску, игравшему роль столицы Зауралья, случись конфликт, лежала бы Омь, единственная мощная водная преграда, на пути в глубь Сибири.

Омскую крепость Шпрингер решил отстроить заново. Главные укрепления старой цитадели располагались на левом, южном, берегу Оми. Шпрингер же решил, что отныне Омская крепость встанет на правом - северном берегу реки. Объясняя это решение генерала, историки чаще всего ссылаются на ветхость старых укреплений, разделенность города во время весеннего ледохода. На самом деле за главное, видимо, следует принять другое обстоятельство. Более выгодную с военной точки зрения географию. Войскам потенциального противника, чтоб приблизиться к крепостным валам новой Омской крепости с юга, сначала потребовалось бы переправиться через Омь. Форсирующие реку войска оказывались под истребительным огнем пушек.

Генеральский дом

 

Новому руководителю сибирских войск, само собой, понадобилось подобающее его чину жилье. Дом для генерала Шпрингера был построен в 1768 году. Возводился он на казенные деньги и с размахом - в длину. Деревянный двухэтажный генералитетский дом стал первым основательным строением на территории второй, или новой, Омской крепости.

Что же касается модности, современности планировки, то здание, в чем видится личная заслуга Шпрингера, много поездившего по Европе, значительно опережало домостроительные тенденции тогдашней России. Дело в том, что дом выглядел непривычно не только для Сибири второй половины XVIII века, но и всей страны того же времени - он завершался мезонином, расположенным по центру здания. Дома с мезонинами войдут в моду на Руси только в ХIХ веке. Изящная постройка, замыкающая главную ось крепости, на время превратилась в главную градообразующую единицу новой цитадели. Она одна радовала глаз солдат на плацу.

Потом поднялись здания гауптвахты, Воскресенского собора, и генералитетский дом, оказавшийся в тени их внушительности, потерял значение главного украшения крепости.

Тайнопись стен

Но как так случилось, что яркий по оформлению двухэтажный деревянный дом превратился в скучную типовую постройку? Эта история будет рассказана ниже. Что же касается сегодняшнего вида дома, то надо сказать, что его внешняя неброскость - просто хорошая маскировка замечательных особенностей. Их, правда, немного, всего две. Крупный старинный кирпич и шляпки металлических штырей. Последние проходят прямо через каменную кладку. Штыри вбивались по определенной схеме: через каждые пять-шесть рядов кирпичей сверху вниз и через каждые шесть-семь кирпичей по горизонтали. Эти старинные гвозди и насторожили краеведов: для чего они в каменной кладке? Дом-то считался кирпичным. Эта тайна еще долго оставалась бы неразгаданной, если бы из стены не выпало десятка два кирпичей. И открылись ряды листвяжных бревен диаметром по 35-40 сантиметров. Открылись и яркие образцы работы XVIII века с деревом: затесанные торцы венцов, характерные приемы врубки бревен, конопатка мхом. Выяснилась и роль штырей: с их помощью к деревянным стенам крепилась кирпичная обкладка.

Но что же за метаморфозы произошли с домом? По словам заместителя председателя регионального отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры Игоря Коновалова, этот дом, построенный 243 года назад, около 1820 года стал жертвой пожара. Больше всего от рвущегося вверх пламени пострадал мезонин, сложенный из более тонких, а значит, и более пожароопасных бревен, к тому же высохших на верховом ветру. Просто лакомство для огня.

Строители решили мезонин не восстанавливать. Сруб обшили тесом в формах раннего русского классицизма. Имитация под каменную постройку. На поверхности досок, которыми обшивали здание, резались линии, изображавшие кирпичную кладку. Сплошь деревянный дом внешне перестал отличаться от каменного.

В начале же XX века стилизацию под камень заменили настоящей каменной кладкой - обложили дом кирпичом. И уже в XXI веке один из омских предпринимателей, купивший западную часть дома, перестроил ее, сохранив прежний стиль.

Виктор Гоношилов