Главный архитектор региона – о новых районах Омска, дизайн-коде частного сектора, многочисленных ТЦ и перспективах «поднять» город.

Два года назад в Омске был принят генплан, в котором четко обозначены новые ориентиры, по которым должен развиваться город. Они касаются всех сфер жизни омичей – от благоустройства улиц до строительства новых микрорайонов и ТЦ.

Реализацией генплана в том числе должен заниматься главный архитектор города, которого в Омске нет уже 5-й месяц. Ранее эту должность занимала Наталья Старченкова, которая в начале лета перешла на пост главного архитектора области в ранге заместителя министра строительства.

Мы поговорили с ней о развитии всей Омской агломерации, жилищном строительстве, торговых комплексах, развитии общественных пространств и комфортности жизни в современном городе. Ну и о шаре «Держава», конечно.

Про переход из города в область

– Наталья Сергеевна, до назначения главным архитектором области вы работали на аналогичной должности в городской администрации. Есть ли принципиальные отличия в объеме работы, ответственности и полномочиях в работе архитектором областного уровня?

– Конечно, разница есть. Если в городе архитектор плотнее занимается вопросами архитектуры, то в регионе это больше вопросы градостроительной части. В городе у архитектора полномочий больше в части непосредственно архитектурной деятельности. Но есть и общее: архитектор и там, и там – это чиновник, который выполняет свои обязательства в рамках полномочий. Творческая составляющая – это скорее законотворчество. Создание условий для того, чтобы практикующие архитекторы могли реализовать свою деятельность. Везде много ответственности.

Работаем с районами, поддерживаем территории, которые должны развиваться. Я в должности всего 4 месяца, и сейчас работа только начинается.

– Какая основная проблема, на ваш взгляд, существует в сфере городской архитектуры?

– Равное значение имеют и город Омск, и любые другие населенные пункты. Если же говорить об объемной архитектуре, то проблема в целом – роль архитектуры и эстетики. Проблема в том, что многие вещи, которые касаются вопросов эстетики, вопросов комфорта в городе… они находятся за пределами юридических понятий, и законодательно закрепить их нельзя. А у нас юридическое право находится во главе всего. Экспертные вопросы в части эстетических качеств – их нельзя облечь в правовую форму.

Про торговые центры и дизайн-код

– За последние годы в Омске построили ряд торговых центров, больше похожих на гигантские сараи. Как повлиять на то, чтобы больше таких архитектурных «шедевров» в городе не появлялось?

– Смотрите, есть собственник, у него есть земельный участок. Если никакими документами не закреплено, какой объем строительства там можно осуществлять, то собственник вправе закладывать там то, что он желает. Работа в этой части в городе ведется. Так, в 2021 году были приняты новые Правила землепользования и застройки, в которых ограничили объем строительства на одном земельном участке.

Работа здесь должна вестись постоянно. И на создание документов порой необходимо затратить несколько лет, и результат этой работы можно увидеть не скоро, лет через пять. Почему? Например, получил человек земельный участок под застройку, разрешение на строительство в 2019 году. И он строит по тем правилам, которые действовали на тот момент. Новые регулирующие нормы приняты, а обратного действия они не имеют. Тут вопрос только социальной ответственности самого застройщика: как он слышит архитектора, как сам оценивает проект.

– То есть и сейчас можно построить очередной ТЦ на Любинском проспекте или в другой исторической части города?

– Невозможно. И вот почему: во-первых, в городе были приняты упомянутые мною выше новые Правила землепользования и застройки, которые ограничивают объемы зданий в границах одного земельного участка. А 5 октября этого года утверждены региональные нормативы градостроительного проектирования, которые также говорят о том, что в границах земельного участка должно быть озеленение, должна быть обеспеченность парковкой, и следующий момент – в границах центра города для большинства объектов культурного наследия действуют зоны охраны.

Там прописано, какие по высоте здания можно строить, какой процент участка может быть застроен, требования к внешнему облику могут быть. И они помогают нам сохранить историческую застройку центра Омска. Они устанавливаются именно в части объектов культурного наследия, которых больше всего в центре.

– А к внешнему виду тех же ТЦ и других зданий есть требования? Зачастую они не вписываются в существующую застройку.

– С внешним видом объектов нужно работать. И владелец участка – он должен слушать и слышать архитектора. К тому же есть архитектурный совет, есть градостроительный совет. И туда всегда можно обратиться, представить свой проект и получить оценку.

Если же говорить об архитектурных стилях, то не всегда четкое следование стилю улицы дает нужные результаты. Иногда важно соблюсти пропорции, цветовую гамму, отдельные элементы, членение фасадов. Даже большой объем здания можно органично вписать в существующее пространство. Но это должна быть качественная работа архитектора. Можно разработать дизайн-код для улицы. И туда можно вписать процент остекления фасадов, определить, каким образом должны выглядеть входные группы, цветовая гамма….

– Можно ли сказать, что у нас в Омске дизайн-код улицы реализован только на Любинском проспекте?

– Если говорить о Любинском проспекте, там строения очень разнообразные, но есть общие объединяющие элементы. Во-первых, это брандмауэрная застройка – то есть нет никаких расстояний между зданиями, они построены стена к стене. Второе – у всех зданий на одной высоте имеется карниз. Говоря современными словами, застройщики XIX века следовали общему регламенту.

Такой регламент можно разработать не только Омску, но и любому населенному пункту, он поможет упорядочить застройку. Важно, чтобы он был принят всем сообществом. Все участники процесса городского развития должны быть готовы принять общие правила игры и следовать им.

Про шар «Держава»

– В последнее время не утихают споры вокруг шара «Держава» на площади Бухгольца. Городские власти предлагают убрать его в другое место (к примеру, в парк 300-летия Омска), а на площади разместить памятник Ивану Бухгольцу. Хотелось бы услышать ваше мнение на этот счет.

– Для меня город – это в первую очередь ментальная среда. И когда объект в городе становится частью среды, когда он становится неотъемлемой частью городской мифологии, то можно сказать, что этот объект «врос» в город, «врос» в городскую среду. И шар на площади Бухгольца – именно такой объект, это значит, он часть города. Он проектировался под это место, под эту площадь. Он органично вписан в модернистский ансамбль. Убрать его в другое место? Это как пуговицу от одного сюртука пришить к другому.

Надо ли что-то с шаром делать? Однозначно надо! Это же незаконченный объект. Правильно было бы поставить объект в том виде, в каком его задумал автор. Шар должен был быть сделан из металла. Почему бы не воплотить авторскую задумку?

– А как же тогда памятник Бухгольцу?

– Он, однозначно, должен быть в городе. Именно благодаря Ивану Бухгольцу был основан Омск. Но для этого памятника есть много других достойных мест.

Про частный сектор

– Омск – это не только шар на площади Бухгольца и Любинский проспект, но и сотни улиц частного сектора. Что с ним нужно делать: сносить или развивать?

– Нельзя подходить одинаково ко всему частному сектору. Есть генплан города, который определил, где необходимо сохранить частный сектор, по нему город и должен развиваться. Там все сбалансировано: и жилье, и транспорт, и социальная инфраструктура. Если мы нарушаем генплан, мы понимаем, что мы должны что-то перестраивать. Зачем говорить о том, что мы должны снести весь частный сектор? Есть федеральная градостроительная политика, определяющая долю частного домостроения в общем объеме.

В Омской области, помимо Омска, есть 5 малых городов, есть и другие населенные пункты. У нас должно развиваться и ИЖС, и многоквартирное строительство. ИЖС – это в основном муниципальные районы, на него должно приходиться 30 % жилья. Сегодня у нас ИЖС занимает даже бОльшую долю. Многоквартирное жилье в основном возводится в городе.

– Можно ли внедрить дизайн-код для частного сектора? Сегодня эти районы города выглядят аляповато, застройка больше напоминает лоскутное одеяло.

– С этим в целом по стране большие проблемы. Если мы строим многоквартирный дом, мы должны получить разрешение на строительство. А частный дом, если человек строит, он приходит в администрацию округа и всего лишь уведомляет о своих планах.

Построил дом, уведомил администрацию о том, что он построил такой-то дом такой-то площади. Совершенно не обязательно согласовывать внешний облик жилища.

Про новостройки, садики и школы

– В последнее время в Омске появились микрорайоны с очень плотной застройкой. Те же «Кузьминки», «Прибрежный». Дома там построены вплотную друг к другу, солнца во дворах мало, стены, что называется давят. Как вы относитесь к такой застройке?

– Самый лучший показатель – это то, какое жилье люди покупают. Если люди покупают это жилье – значит, их удовлетворяет предлагаемый уровень комфорта. Если они перестают его покупать – значит, с этим жильем что-то не так.

– Есть ли требования для социальных объектов в новых микрорайонах? Часто такие микрорайоны появляются без садиков, школ, даже транспорт туда плохо ходит…

– Такое требование было всегда, все прописано – в какой доступности, на каком расстоянии должны быть объекты образования, здравоохранения, спортивные объекты. Но некоторое время в проектной документации не было предусмотрено зон строительства для таких объектов. Почему так произошло – вопрос открытый.

– В Омске часто появление садиков и школ тормозится долгим проектированием. Почему бы не делать типовые, универсальные проекты?

– Типовые проекты – это очень странная вещь. У нас два раза в год меняется законодательство в сфере строительства. То меняются требования к пищеблокам, то еще что-то. И каждый раз объекты нужно переформатировать под новые условия. Плюс в разных местах у нас разные почвы, конфигурация участков разная. И каждый раз объекты нужно переформатировать под эту ситуацию. По сути, это то же самое проектирование. Могут быть типовые подходы у конкретной проектной организации. И они легко встраиваются в градостроительную ситуацию.

Про «низкий» Омск и его перспективы

– Соседний Новосибирск выше Омска – там намного больше высоток. Имеются широкие, красивые проспекты с 15–20-этажными зданиями. Почему в Омске так мало высоток, почему город не растет в высоту?

– Я задам встречный вопрос: а зачем такие здания? Вам станет комфортнее, если будут высокие здания в городе? В городе необходимы определенные точки, где нужно поднимать этажность, создавать визуальные ориентиры. А повсеместно поднимать город нет смысла. Чтобы из одного здания выходило еще больше людей и выезжало еще больше машин? Город в первую очередь должен быть комфортным, обладать высокой связанностью, иметь высокую плотность функций. Это то, что делает город городом. А выше-ниже – это не показатель развитости города.

– И напоследок о перспективах. Какие районы Омска будут развиваться в ближайшее время? Помимо левобережных «Кварталов Драверта» и «Зеленой реки».

– Перспективные районы для застройки города определяет администрация города. Я считаю, что на сегодняшний день больше внимания нужно уделять всей Омской агломерации. Прежде всего Омский район, ближайший пригород. Это ИЖС, малоэтажное строительство.

Я думаю, мы скоро увидим еще ряд удачных архитектурных проектов. Они будут. Я в это верю.

Беседовал Сергей Энквист