Руководитель крупнейшего в стране проектного института рассказал, почему молодым людям не стоит покидать Омск и как здесь жить по-берлински.

Гендиректора ПАО «ОНХП» (Омскнефтехимпроект) Игоря Зугу в профессиональном сообществе называют «менеджером новой волны», но в Омске он известен не только как управленец, но и как политик. Зуга неоднократно избирался депутатом Омского городского Совета и Заксобрания, в 2010 году баллотировался на пост мэра, а с 2012 по 2015 год он представлял исполнительную власть Омской области в Совете Федерации. Все три года работы в верхней палате российского парламента он добивался принятия Федерального закона «Об инженерном деле» и развития системы местного самоуправления. Оставив сенаторское кресло и вернувшись к руководству ОНХП, Игорь Зуга продолжил параллельную политическую и общественную деятельность. Возглавляя Омское региональное отделение Всероссийского Совета местного самоуправления (ВСМС), занимается вопросами образования и проблемами ЖКХ.

Зачем управдому диплом

– Игорь Михайлович, недавно вы вручали медали «За особые успехи в обучении» выпускникам, награждали 11 подшефных школ омского отделения ВСМС. Насколько помню, всего набралось 48 медалистов. Успехи этих ребят как-то коррелируются с результатами ЕГЭ?

– Конечно, мы награждали именно «стобалльников». Уверен, что одаренных и старательных ребят нужно поощрять и мотивировать к дальнейшей учебе. Почему вообще ВСМС занимается образованием? Потому что качество образования и развитие местного самоуправления – взаимосвязанные вещи. Получаемое образование формирует не только личность, но и систему ценностей, которая определяет отношение к окружающей социальной среде и к местным жизненным практикам. Чтобы инициировать перемены, необходимо осознавать себя хозяином жизни – человеком, способным организовывать пространство вокруг себя, меняться самому. Поэтому содействие ВСМС образованию – не что иное, как подпитывание и воспитание культуры ответственности за себя и за свою судьбу, за будущее своего дома, района, города, страны.

– Омск – весьма культурный город, он также входит в десятку российских городов по количеству людей с высшим образованием. Многие из них умеют и хотят участвовать в муниципальном самоуправлении. Однако для них организация вывоза мусора, содержание и уборка территорий, асфальтирование тротуаров, посадка и кронирование деревьев – по-прежнему проблема. В чем причина?

– Местное самоуправление включено в вертикаль власти. В идеале же это должна быть система локального управления, отдельного от власти государственной. Для меня местное самоуправление – это в первую очередь экономика. Если выбрать государства с наиболее зрелым местным самоуправлением, то мы сразу увидим, что они входят в десятку самых развитых стран мира: Германия, США, Япония и далее по списку.

Россия тоже вроде бы вставала на этот путь. У нас был принят Федеральный закон «Об общих принципах организации местного самоуправления» (131-ФЗ), который определил источники дохода, провозгласил возможность принимать локальные нормативные акты, но на определенном этапе все затормозилось. Например, сегодня органы местного самоуправления, наводя порядок в конкретных поселках, не получают в качестве возврата в бюджет часть штрафов. Эти деньги попадают в бюджет вышестоящего уровня и крайне редко затем направляются на обустройство той территории, на которой штрафы были собраны. Я считаю, что если уж мы передали городским и сельским поселениям какие-то права и обязанности, то надо обозначить и источники доходов, за счет которых эти обязанности можно будет исполнить. Действующая же система запутанна. Возьмем для примера город Омск: все 100 процентов собранного здесь подоходного налога остаются в муниципальном бюджете. А в сельском поселении остается только три процента от суммы подоходного налога. Это и несправедливо, и неэффективно.

– Об отсутствии источников финансирования местного самоуправления говорят давно, но это проблема межбюджетных отношений, которая должна решаться, видимо, на федеральном уровне. Что может в этом плане сделать ВСМС вообще и его региональное отделение в частности?

– В мае на общероссийских совещаниях ВСМС решено интегрировать Стратегию развития муниципальных образований с общефедеральными программами правительства, министерств и ведомств. Поселковым образованиям необходима непосредственная помощь в решении давних, наболевших проблем благоустройства. К примеру, ямы на дорогах, которые не могут закопать уже 20 лет. Это просто нужно сделать, чтобы избавить людей от постоянных неудобств. Конечно, мы не можем охватить с одного захода проблемы всех поселений, но этот процесс можно запустить.

В стране сейчас главенствует административная система, которая напрямую пытается выходить на жителя. И эта система не справляется с тем объемом задач, которые сегодня есть. Значит, надо самого жителя возвращать в общую систему управления. Если бы люди могли в ней участвовать, тогда у нас и все заборы были бы покрашены, и дороги отремонтированы, и территории убраны. Как член Совета глав муниципальных образований при губернаторе Омской области я на каждом заседании совета пытаюсь до всех донести эту мысль. И надо сказать, что взаимопонимание есть.

Да, пока хороший в целом 131-й закон в полной мере не работает, но кое-что делать все же можно и нужно. Омское региональное отделение ВСМС оказывает методологическую и юридическую помощь. Можно решать и часть финансовых вопросов. Так, омские педагоги смогли освоить методики международного уровня в рамках сотрудничества с сингапурской компанией International Consultancy Educare. Проект показал, что современный российский, омский учитель не консервативен, он достигает признания и успеха в профессии, потому что воспринимает и использует лучшие мировые образовательные практики. Реализация новых международных образовательных программ в регионе будет нами продолжена.

Отказ от прямых выборов мэра – ошибка

– Как в общих чертах должна выстраиваться система местного самоуправления? Нужно ли ее «сшивать» пресловутой вертикалью власти?

– Для омского отделения ВСМС очень важным направлением деятельности является поддержка товариществ собственников жилья (ТСЖ). Их взаимодействие координируют комитеты территориального самоуправления (КТОСы), образующие муниципалитет. Так в общих чертах должна выглядеть система управления городами и поселками, и мы целенаправленно занимаемся внедрением такого механизма. Возглавлять такие действительно народные органы самоуправления должен народный же мэр.

В 2017 году региональное отделение ВСМС провело голосование по выборам главы муниципалитета. Для начала мы провели опрос общественного мнения, в ходе которого люди предлагали кандидатов в мэры. Всего было выдвинуто порядка 25 человек. Затем омичи могли проголосовать за своего кандидата на сайте. Да, голосование не имело юридической силы, но в ходе акции была обкатана схема выборов главы города. На мой взгляд, такой подход эффективнее существующего, при котором выборы мэра Омска как бы есть, но «выбор» населения при этом отсутствует. Я убежден, что гражданское сознание у омичей сформировано довольно хорошо. Быть просто причастными к жизни города и иметь право влиять на нее – это, как говорится, две большие разницы. Не случайно акция запомнилась, ее до сих пор обсуждают не только в Омске, но и в других городах России. Возможно, что предложенная омским отделением ВСМС схема выборов мэра когда-нибудь станет общепринятой практикой.

– Что мешает внедрить ее уже сейчас?

– Как институт местное самоуправление в современной России имеет очень короткую историю. Можно сказать, что сейчас все еще идет инкубационный период. Пока далеко не все чиновники осознали, что общественная активность стала фактором, с которым необходимо считаться. Нет понимания преимуществ сотрудничества с гражданскими активистами. Сегодня жители, замечая те или иные недостатки в собственном доме или дворе, сразу дают негативную оценку власти. Я убежден, что при развитом самоуправлении житель не должен оценивать власть, он должен оценивать местное самоуправление. Фактически – самого себя. По идее, человек должен задаться вопросом, достаточно ли активно он участвовал в жизни ТСЖ, КТОСа, за того ли депутата горсовета проголосовал, того ли мэра выбрал. Задуматься, сделать выводы и исправить ситуацию. Так это должно работать!

– А захотят ли такого местного самоуправления омичи? Как-то хлопотно получается, куда проще и быстрее написать негативный пост в соцсетях.

– Об этом надо у горожан спрашивать. К сожалению, в общественном пространстве у нас нет дискуссии о роли местного самоуправления. В Омске не собирают круглые столы для обсуждения этой темы, СМИ не задаются вопросами типа «Кого конкретно представляет тот или иной депутат горсовета и почему он не член КТОСа, от которого избирался?». Сами КТОСы понемногу становятся частью административной машины, и можно сказать, что у нас сейчас вообще нет местного самоуправления в том виде, в котором оно есть в экономически развитых странах. Между тем это могло стать «фишкой» Омска. Именно у нас в свое время была инициирована разработка идеологии российского местного самоуправления, что является заслугой таких людей, как Владимир Варнавский (председатель регионального Заксобрания – РИА «Омск-Информ), Александр Бутаков (бывший вице-губернатор, экс-министр государственно-правового развития Омской области), Таисия Зайцева (бывший руководитель Консультативного совета ЗС Омской области). Не случайно в Омске собирались всероссийские конференции по развитию местного самоуправления. Сейчас у нас есть активные люди, есть юридически подкованные старшие по домам, есть КТОСы. Они самоуправляются, как умеют, но нуждаются в поддержке.

Почему в доме под управлением ТСЖ живется лучше, чем под управлением УК

– Вы рассказали, как товарищества собственников жилья могут быть встроены в систему местного самоуправления. По факту куда большим количеством многоквартирных домов в Омске занимаются управляющие компании. Наверное, это не случайно?

– У нас в Омске старшие по домам, как правило, очень подготовленные люди. Если бы мы всерьез задумались о реформе ЖКХ, то обсуждать эту тему в первую очередь нужно с ними и с председателями ТСЖ. Я сам живу в доме под управлением ТСЖ и знаю, о чем говорю. Старшие по домам и правление ТСЖ выполняют всю черную работу по содержанию дома и ведут при этом собственный учет и контроль. Вообще дом под управлением ТСЖ отличается от дома, который находится на балансе управляющей компании, прежде всего отношением к деньгам. В среднем жилая площадь стандартного многоквартирного дома в Омске составляет 5 тыс. квадратных метров. Допустим, жильцы платят по шесть рублей с «квадрата» за капремонт. Итого – 30 тыс. рублей в месяц, 360 тыс. в год и 3,6 млн рублей за 10 лет. Где эти деньги? Кто определяет, как они будут расходоваться? В случае с ТСЖ это будете вы. В случае же с управляющей компании старший по дому идет в УК просить, чтобы в доме хоть что-то сделали. Они, возможно, что-то и сделают, но через свои аффилированные фирмы и не так, как нужно.

Я не против управляющих компаний, я выступаю за изменение смысла их отношений с жильцами. Ну не должны люди за свои же деньги что-то выпрашивать! Если в доме создано ТСЖ, оно выступает заказчиком для управляющей компании, а не просителем. ТСЖ покупает услугу и имеет право выбирать продавца этой услуги. Если ТСЖ нет, то дом просто закрепляют за управляющей компанией, а жильцы закреплены за домом как крепостные крестьяне. Мне непонятно, почему власть отдала Омск на растерзание управляющим компаниям. Постоянные скандалы в горсовете по поводу саботажа программы капремонта со стороны УК – это лишь верхушка айсберга. Давайте наконец посмотрим, кто являются учредителями и акционерами этих компаний, и тогда мы будем поименно знать авторов некоторых наших коммунальных проблем.

Можно ли в Омске жить по-берлински

– Хотите развитого местного самоуправления? Давайте возьмем структуру и правила работы городского парламента (ландстага) Берлина, переведем их на русский язык, примем в течение трех сессий Омским городским Советом и будем эти правила соблюдать.

– Разве возможно вырвать кусок законодательства какой-либо страны и перенести его совсем в другое правовое поле?

– Закон о местном самоуправлении Германии и аналогичный российский 131-ФЗ в принципиальных моментах схожи. Наш закон предоставляет местному самоуправлению огромные права, вот только по факту этими правами никто не пользуется. В случае Омска мэр стал главным лицом муниципальной власти, на котором замыкается все. На мой взгляд, мэру тяжело так работать. Я неоднократно общался с Оксаной Фадиной и считаю, что у нее хороший потенциал и серьезный управленческий опыт. Но слишком многими вопросами ей приходится заниматься лично. При развитом местном самоуправлении мэр мог бы делегировать часть своих функций КТОСам, а практику их выполнения регулировал бы горсовет.

В основу муниципального бюджета надо бы положить инициативные бюджеты тех же КТОСов. Всегда нужно начинать с первичек, а когда у нас бюджет спускается сверху, очень тяжело закрыть им все проблемы. Теряется бюджетная эффективность, часть проблем сверху просто не видны. Омск – не поселок, это седьмой по величине город России! И в нашей стране есть города, где именно инициативное бюджетирование снизу кладется в основу муниципального бюджета. Почему бы нам не перейти к подобной практике?

Омск был центром развития местного самоуправления и вполне может вновь таковым стать. Нужна только политическая воля местных лидеров, и даже каких-либо специальных решений федерального правительства не потребуется. Все необходимые решения уже есть, берите и делайте!

Во всем виноват ЕГЭ?

– Давайте вернемся к образованию. Раз омское отделение ВСМС так много времени уделяет этой проблематике – значит, проблем много. Какие нужно решить в первую очередь?

– Сама ситуация с российским законом об образовании схожа с ситуацией с законом о местном самоуправлении. Я достаточно часто общаюсь с директорами школ, преподавателями и родителями. И всегда мне рассказывают, что в школе и то не так, и это не эдак: то крыша течет, то площадка плохо заасфальтирована. И из-за таких досадных мелочей страдает, мол, качество образования, и выпускники не могут никуда устроиться. Как-то забывается, что школа в первую очередь должна учить детей, а только потом заниматься хозвопросами. На мой встречный вопрос, кто знаком с учебным планом, родители, как правило, молчат. Между тем закон об образовании прямо говорит о том, что учебный план определяют родители. Чего же удивляться потом, что детям преподают всего пару часов физики, пять-шесть часов математики в неделю? С такими базовыми знаниями действительно трудно поступить в вуз и получить потом востребованную специальность. А что мешает потребовать нужное количество часов преподавания математики и физики? Только неразвитость общественного сознания, как мне кажется.

– Правовая основа для увеличения часов, отводимых в школьном курсе точным наукам, есть. Что насчет человеческого ресурса – педагогов?

– Действительно, зачастую математику, физику и химию в школе мало преподают потому, что эти предметы попросту некому преподавать. Но это тоже результат того, что в отчетах руководителей системы образования в основном фигурируют квадратные метры заасфальтированных площадок, количество пластиковых окон и заново перекрытых крыш. Дефицит школьных учителей остается где-то «за скобками». Родительская общественность в этом случае довольна – работает же школьная система! А что касается учебных планов, так детям тоже проще зайти в интернет, за пару часов изучить состав животного мира Омской области и получить «отлично» по природоведению, допустим. С системными знаниями по математике, физике и химии такое не пройдет.

С таким подходом мы не сформируем будущее нашей страны, нашего региона. Если в Китае по 14 часов математики в неделю, по 14 часов физики в неделю, по 12 часов иностранного языка в неделю, как вы думаете, кто в итоге будет более конкурентоспособен, КНР или РФ, Омск или Гуанчжоу? Ответ печально очевиден.

– Есть мнение, что падение качества образования связано с ЕГЭ. При отмене этой системы экзаменования ситуация улучшится?

– Я так не думаю. Вообще бесконечное обсуждение преимуществ тех или иных систем образования – это любимое занятие чиновников. Они сначала отрицали экзамены и настаивали на введении ЕГЭ, теперь поговаривают об отмене ЕГЭ и оценке российских школьников по текущей успеваемости. Так под бесконечные разговоры о реформах системы образования мы теряем поколение и не формируем интеллектуальный потенциал страны. Что ЕГЭ, что экзамен – это всего лишь форма оценки результата обучения. Если результата нет, то нет и разницы, каким способом он определен. По-настоящему надо беспокоиться о том, какие именно знания дает сегодня школа.

Омск как инженерная столица

— Так, значит, правы люди, утверждающие, что в Омске сегодня невозможно получить хорошее образование?

– Сегодня Омск – это какой-то информационный Чернобыль! Если просмотреть популярные городские паблики, то мало позитивного увидишь. Результат от такой невеселой повестки – тотальный пессимизм омичей. Нам буквально внушают, что в городе уже все развалилось и никакого образования уже в Омске не дают. Усиливает это искаженное представление сам департамент образования Омска. Одним из показателей, формирующих рейтинг городских школ, является количество выпускников, поступивших в иногородние вузы. То есть педагогов изначально нацеливают на подготовку мигрантов. А потом в омских школах математику и физику преподавать некому!

Лично я, наоборот, не рекомендую омским юношам и девушкам уезжать на учебу в столичные вузы. Хотя тут многое зависит от выбранной профессии. Если абитуриент нацелен просто уехать из города, то это отдельная острая проблема. Но если ты живешь в Омске, то можешь получить качественное инженерное образование.

В нашем городе масса компаний и производств, нуждающихся в работниках инженерно-технических специальностей, у молодежи есть блестящие возможности получить техническое образование и всю жизнь быть обеспеченным. Возьмем для примера МГТУ им. Баумана и посмотрим, а что там продвинули студенты, сколько у них патентов. Мало чего найдем. В то же время отдельные студенты ОмГТУ за время обучения умудряются по шесть патентов защищать. Так что Бауманка – вуз, конечно, хороший, и наверняка на закрытых факультетах там много чему учат, но это не повод недооценивать и принижать омские университеты и институты.

ОНХП давно сотрудничает с ОмГТУ, с ОмГАУ, с СибАДИ, и они очень охотно откликаются на наши запросы. В этом году мы предложили пересмотреть учебные планы, и практически все предложения были приняты. В ОмГАУ в итоге будет вестись целевая подготовка инженеров. Отдельные специфические дисциплины, в которых ОНХП заинтересован, омские вузы вести пока не могут из-за отсутствия преподавателей, поэтому мы у себя в институте оборудовали учебную аудиторию, куда будут приходить студенты. Это нормальная практика сотрудничества проектных организаций и промышленных предприятий с учебными заведениями, для Омска уже традиционная.

– Зачем вам это все, не проще пригласить на работу уже готовых специалистов?

– Нашему институту нужны высококлассные инженеры, а инженер – это не тот, кто окончил технический вуз, это звание. К нам приходит магистр, а инженером он уже становится в процессе работы в нашей компании. Потенциальных специалистов мы начинаем готовить со школьной скамьи и занимаемся этим уже два десятилетии. Сегодня 37 % сотрудников ОНХП – это люди, которые пришли к нам через программу подготовки инженерных кадров «Школа – вуз – предприятие». Система постепенно совершенствуется, и два года назад мы подписали с губернатором Александром Бурковым соглашение о создании в регионе инженерно-технического лицея. Это очень перспективный проект, аналогов которому пока в стране нет. У мира будущее инженерное. Чтобы в этом убедиться, достаточно посмотреть список наиболее востребованных профессий, который составили эксперты Всемирного экономического форума. Там учтены темпы внедрения таких новых технологий, как «зеленая» энергетика, обработка больших данных, искусственный интеллект. Учебная программа нового лицея будет сориентирована на эти направления, и в Омске будут готовить, например, инженеров по гуманоидным роботам, инженеров по облачным вычислениям, инженеров по интернету вещей. Лицей должен быть запущен через год, но уже в этом году впервые начали работать с семиклассниками, набрав сразу 14 человек. Удивительно, но в рейтинге сложности решаемых задач эти ребята занимают далеко не последние места, уверенно конкурируя с одиннадцатиклассниками и даже студентами-первокурсниками.

– Молодежь, школьников, можно привлечь только интересными и амбициозными задачами. Над какими «громкими» проектами работает сегодня ОНХП?

– Из крупных международных проектов могу назвать реконструкцию Ферганского нефтеперерабатывающего завода, строительство газоперерабатывающего завода в Атырау (Казахстан) и шинного завода в Караганде. Работы очень много, загруженность института составляет примерно 120 %. И география у нас широкая, и спектр задач. Молодым специалистам мы можем на выбор предложить 54 профессии, но скажу сразу – требования высокие. Никаких скидок на российскую действительность и недостатки системы образования мы не делаем.

– Ну и, резюмируя, – покидать Омск вы сами не собираетесь и другим не советуете. Так?

– Я российский инженер, моя судьба неразрывно связана с судьбой моей страны и моего города. Меня волнует все, что происходит в России и в Омской области. Будущее региона я вижу в развитии местного самоуправления и технического содержания. Так сложилось, что в Омске 160 тысяч инженеров, и на сегодня это самый инженерный город России. Стараюсь делать все для того, чтобы статус неофициальной инжиниринговой столицы за нашим городом закрепился. Способствовать этому будут и отзывы о сотрудниках ОНХП как о Профессионалах с большой буквы.