Директор ООО «Коминформ» рассуждает о том, что на самом деле «натворил» Станислав Мацелевич и о методах работы силовиков с предпринимателями.
Факт обнародования судом прослушки разговора главы «Роснефти» Игоря Сечина с экс-министром экономического развития Алексеем Улюкаевым во время передачи последнему «корзинки с колбасой» нефтяной король назвал «профессиональным кретинизмом». Мне очень понравилось это определение, особенно после того, как я прочитал полный текст стенограммы. Стало интересно, поскольку в свое время по роду службы был инициатором подобных оперативных мероприятий, а позже уже силовые структуры прослушивали и меня самого.
После прочитанного почему-то сложилось впечатление, что Сечин и Улюкаев проделывали операцию не раз (я про передачу «корзинки с колбасой»). А еще меня лично очень сильно удручило то, как Игорь Иванович отзывался о важнейших партнерах нашей страны, в частности, Индии и Китае, то, как он выстраивает отношения с министрами и страшные детали высшей кухни ведения бизнеса в России монополиями.
Перед тем как перейти ближе к нашим сегодняшним событиям, хотелось бы немного своей истории.
«Хвост» длиною в 760 дней
В 1999 году я попал в достаточно сложную ситуацию, связанную с политическими процессами, это были очередные выборы губернатора Омской области. На тот момент мэр Омска Валерий Рощупкин реально претендовал на губернаторское кресло. Мы с группой единомышленников поддерживали Рощупкина. В связи с чем началась «движуха» и, как следствие, война компроматов.
В отношении меня 25 июля 1999 года было возбуждено уголовное дело по ст. 159 ч. 2 п «а», «б» УК РФ (мошенничество, совершенное группой лиц, неоднократно). Расследовалось оно достаточно долго, в течение 1,5 года. По показаниям свидетелей, я якобы «совершал мошеннические действия в отношении нескольких руководителей предприятий и коммерческих структур, завладевая при этом их имуществом и ценными бумагами».
Все это сопровождалось обысками, допросами, подозревали меня в том, что я ни много ни мало: «...по сговору с другими лицами мошенническим способом завладели 34 % акций ОАО «Омский завод технического углерода», обратив их в собственность ОАО АКБ «ИТ-Банк», а также других юридических лиц», а также : «...по сговору с другими лицами мошенническим способом завладели контрольным пакетом акций ЗАО «Винодельческий завод «Омский»... и якобы нанес ущерб неким гражданам Трипутеню О. А и Порядину В. Я., развалив их ООО «Монополь-Сервис». То есть всего три эпизода.
На допросах я пытался объяснить следователю И. Цыганок, что в принципе невозможно завладеть акциями мошенническим путем, так как в России акции выпускаются в бездокументарном виде, а реестры акционеров, указанных АО, находились у независимых регистраторов. Для установления истины и реальных участников процесса покупки и продажи акций, следователю И. Цыганок, в рамках доследственной проверки, было достаточно запросить у регистраторов копии договоров купли-продажи акций и передаточных распоряжений, и все вопросы ко мне были бы сняты. Это и подтвердилось последующим следствием.
По вопросу нанесения ущерба руководству ООО «Монополь-Сервис» В. Порядину и О. Трипутеню все было еще проще. В 90-х у промышленных предприятий практически не было денег и сделки проводились ими по договорам взаимозачета требований с применением различного вида векселей. Руководители ОАО «ОЗТУ» и ООО «Межрегионгаз» подписали договор с ООО «Монополь-Сервис», согласно которому последнее погасит долг завода перед поставщиками газа деньгами. И вот руководство ОАО «ОЗТУ» принимает от ООО «Монополь-Сервис» векселя на сумму 10 000 000 рублей, (это около 1,5 млн долларов США). Схема начала работать, векселя ООО были переданы «Межрегингазу», ООО «Монополь-Сервис» получила товарные векселя АО «Омскшина», последнее отгрузило партию шин В. Порядину, а денег газовики не получили.
Начался грандиозный скандал с выходом на Москву, и это было ожидаемо, так как ООО В. Порядина перед выпуском собственных векселей владело столом и двумя стульями, находившимися в арендованном в здании СибНИИСХоза офисе площадью 9 кв. м. Таким образом, ООО «Монополь-Сервис» была типичной криминальной однодневкой, причем оба руководителя были известны сотрудникам милиции, как поддерживающие тесные связи с ОПГ «Химиковская». Сделка после непродолжительных переговоров, в том числе лидером ОПГ, была расторгнута и все взаимные обязательства предприятий погашены с минимальными потерями для ОЗТУ.
Итак, обвинение было заведомо ложным. И только через несколько месяцев было вынесено окончательное решение о прекращении уголовного дела с формулировкой, что в моих действиях нет состава преступления. На этом я не угомонился и подал заявление в суд с требованием прекратить уголовное дело за отсутствием события преступления. Реакция прокуратуры и силовиков была несколько неожиданной – они отменили постановление о прекращении уголовного дела и начали многократно продлевать сроки следствия.
Однако и после прекращения уголовного дела в покое меня не оставили. По этому поводу я неоднократно обращался к руководству УФСБ по Омской области.
Затем в городе появилась информация о том, что бывшие сотрудники милиции владеют обо мне компроматом. Вскоре мне передали аналитическую записку и рапорт Виктору Камерцелю от руководства ОТМ при УВД Омской области. Из рапорта следовало, что на основании некоего ОД №16224 в отношении меня проводились оперативно-технические мероприятия с июля 2000 по июнь 2001 года. За указанный период проведено 9 мероприятий общей продолжительностью 409 суток. В 2001 году было проведено 8 мероприятий общей продолжительностью 351 сутки. Информация передана инициаторам – БЭП УВД по Омской области.
Это называется использование оперативных средств оперативным составом для получения доказательств криминальных действий фигуранта. Два года прослушивались телефоны, разговоры в кабинетах, работала наружка... По результатам была написана аналитическая записка на 21 листе. Наиболее интересные фрагменты, касающиеся только меня и не затрагивающие интересы других, упомянутых в ней лиц, читайте ниже.
Возбудить уголовное дело по очень тяжелой статье, провести обыски, выемки проверки и экспертизы, а затем подслушивать и подглядывать 760 суток, чтобы написать подобный анализ 21 листе! Главное в том, что сотрудники УОТМ при УВД Омской области, затратив колоссальное количество времени и государственных денег, так и не смогли найти хоть какой-то криминал в моих действиях. На мой взгляд, невольно они дали очень высокую оценку моей общественной работе и гражданской позиции. Огромное количество сотрудников силовых структур, участвовавших в следствии, были весьма неглупыми и компетентными в частных беседах, но по результатам деятельности их можно оценивать как пораженных «профессиональным кретинизмом» (оценка по Сечину).
После получения текста анализа я написал рапорт полковнику С. Субботину (в то время начальнику УФСБ РФ по Омской области) и получил официальный ответ.
Вот так работали правоохранительные органы региона 15 лет назад. А как сейчас?
Почему дело Мацелевича развалилось?
В сентябре 2015 года был арестован руководитель СРО «Первая гильдия строителей» Станислав Мацелевич. Два года шло расследование судебные разбирательства, а в сентябре 2017 года заместитель председателя Центрального районного суда вернул уголовное дело Мацелевича и его понедельников прокурору, заявив, что обвинительное заключение не обосновано.
Сначала Мацелевича обвиняли по ст. 172 УК РФ «Незаконная банковская деятельность». Затем добавились обвинения в создании преступного сообщества (преступной организации) (ст. 210 ч.1 и ч. 2 УК РФ).
Целую группу людей посадили в СИЗО, включая Мацелевича, где они сейчас и находятся. Дело неизбежно должно было развалиться, так как в нем нет потерпевшего.
Судья А. Полищук в постановлении по итогам предварительного слушания уголовного дела в Центральном районном суде дает блестящую и абсолютно профессиональную оценку результатам работы оперативников и следователей, направивших дело в суд, и приводит убийственные доводы. К примеру, термины «забрали», «передали», «удержали», «обналичили», употребляемые в обвинительном заключении при описании инкриминируемого деяния, не раскрывают существа происходивших событий и не могут относиться к способу совершения преступления...
Судья делает верный вывод. Но были же следователи, прокуроры, они готовили и предъявляли обвинение, отправили людей в тюрьму. Суд вернул дело. Что дальше делать следователю?
Ведь суть материалов в чем: у розничного бизнеса всегда есть наличные деньги. По закону это их собственность. Предприниматели, которые получают наличные средства у граждан, должны ее инкассировать в банк, в котором ведется банковское обслуживание предприятия. Это требования инструкции ЦБ. Банк, естественно, за услугу берет плату, а это около 1,5-2 % в зависимости от суммы.
При этом максимальный штраф в том случае, если деньги предприниматели в банк не сдают, составляет всего 100 тысяч рублей. Кстати, в настоящее время банки вообще не обязаны проверять кассовую дисциплину предприятий. У предпринимателя выбор: с одной стороны, есть такая мизерная ответственность, с другой – большая потребность в наличке у других предпринимателей, причем готовых платить деньги за покупку наличных. Бизнес всегда стремится к увеличению прибыли и дальше по К. Марксу. Вывод очевиден и также очевидно, что уголовным преследованием это не устранить. Это проблема законодателя.
Опять немного истории. С чего начался крупный бизнес Мацелевича в «Первой гильдии строителей»? Откуда у него появились крупные суммы денег? Во время строительного бума на стройки нанимали большое количество людей, которым работодатели платили «в черную». Почему так происходило? Отчасти – вынужденно. Потому что в Госдуме, посмотрев, что у нас в стране НДФЛ 13 %, а все страховые взносы и ОМС составляют 26 %, сразу подняли отчисления до 34 %. Затем после публичного скандала снизили, но лишь до 30 %. И вот теперь все предприниматели платят за своих работников 43 % с каждого заработанного рубля, а Центробанк и силовики ведут бессмысленную битву с обналичкой. А по сути ведут войну со своим народом.
И тогда перед предпринимателем, в частности, перед упоминаемым в деле Мацелевича ИП Шкуренко В. В., встает дилемма. Выполнять инструкции Центробанка и нести убытки или получить весьма приличный доход. При этом, если с дохода уплачены налоги, то вопросов к предпринимателям со стороны мытарей и силовиков быть не может.
Так в чем криминал? И что же натворил Мацелевич на самом деле?
Создав СРО «Первая гильдия строителей», он совершил первое и, я считаю, преступное деяние – нивелировал саму идею саморегулируемой организации в строительстве.
Законодатель прописал, что все риски строителей, минуя государство, они сами должны демпфировать, создав профессиональное сообщество с резервным фондом. Для этих целей СРО по сути держит «общественную кассу», из которого компенсируются издержки. Например, выплаты обманутым дольщикам, штрафы за качество и срыв ввода объектов строительства и т. д. Чтобы в СРО не проникли случайные люди и фирмы, им выдают по строгой процедуре лицензии на право заниматься строительной деятельностью. И все члены СРО как бы коллективно ответственны за то, что кто-то в их рядах может оказаться не прав.
Но Мацелевич по-своему распорядился «общаком» строителей. Он стал налево и направо продавать лицензии практически всем желающим, включая «фирмы-однодневки». Только за первый год существования СРО продало в Омске 2 тысячи лицензий! При этом был собран 1 миллиард рублей в страховой фонд. Этих денег, кстати, следователи так и не нашли. А дальше он выстроил систему обеспечения наличными лицензированных «однодневок».
В результате получилось, что десятки предприятий, получивших лицензии у Мацелевича, по сути, не платили НДС, НДФЛ, а также страховые взносы. В этом основной состав преступления! И преступления, видимо, также совершали большинство клиентов Мацелевича.
Второе преступление – это отмывание денег, добытых преступным путем.
Но тогда следствие обязательно должно было дать оценку действиям всех клиентов СРО «Первая гильдия строителей» и сказать: «Уважаемые! С денег, которые вы по контракту заработали на стройке, вы не заплатили налоги, вы их обналичивали у Мацелевича».
А это уголовное преступление в форме неуплаты налогов или отмыва денег, добытых преступным путем. Но следствие почему-то это не отразило в материалах уголовного дела, хотя наверняка изучало. Это что? Профессиональный кретинизм? Или все-таки – слепое исполнение преступного приказа сверху?
Очевидно, что структуры а-ля Мацелевич и Ко не могли бы существовать без активного деятельного криминально-коррупционного участия моих бывших коллег. Ведь служба безопасности СРО «Первая гильдия строителей» состояла из контрразведчиков, сотрудников ГРУ, полиции – в количестве 5 человек. Плюс теснейшие контакты с действующими силовиками. Есть все основания полагать, что в оперативных материалах содержатся данные на действующих, высокопоставленных сотрудников ФСБ и МВД. Слегка копнуть – и ниточки потянутся наверх, к тем, кто отдавал приказы. Вот тогда придется отвечать и расставаться с загородными резиденциями, дорогими машинами, квартирами в столичных и зарубежных городах.
Надо заново расследовать уголовное дело Мацелевича. И следствие должно дать оценку действиям директоров всех предприятий, включая государственные и муниципальные, которые взаимодействовали с банками и СРО «Первая гильдия строителей», подконтрольных Мацелевичу. Ведь это они уходили от налогов. Потерпевший – государство Россия. И тогда ущерб, нанесенный государству, – это неуплаченный НДФЛ (13 %) и страховые взносы (30) с суммы 9 216 970 573 рублей 49 копеек.